Росмерcхольм

Раз мой жизненный путь дошед теперь до поворотного пункта… Решено. Я вступлю в сношения с указанной особой… завяжу переговоры….

Росмер. Вы серьезно дошли до поворотного пункта? Брендель. Разве мой мальчик не знает, что до чего бы ни дошел Ульрик Брендель, он дошел до этого серьезно? Да, видишь ли, я хочу облечься в нового человека. Покинуть выжидательное положение, которого доселе держался.

Росмер. Как?..

Брендель. Хочу воздействовать на жизнь – сильной и деятельной рукою. Выйти на арену. Выступить. Настало время бурь, солнцеворота.

И я хочу возложить свою лепту на алтарь освобождения.

Кролл. И вы?..

Брендель(ко всем). Известны ли публике более или менее подробно мои разбросанные литературные творения?

Кролл. Нет, должен откровенно признаться…

Ребекка. Я кое-что читала. У моего приемного отца они были.

Брендель. Прекрасная хозяйка дома, вы потратили ваше время даром. Потому что все это одна труха, скажу я вам.

Ребекка. Вот как?

Брендель. То, что вы читали, – да. Самых важнейших моих произведений никто не знает, никто, кроме меня самого.

Ребекка. Почему же?

Брендель. Потому что они не написаны.

Росмер. Но, дорогой господин Брендель…

Брендель. Тебе известно, Йуханнес, что я чуточку сибарит Feinschmecker. Всегда был таков. Я люблю наслаждаться в одиночестве. Тогда я наслаждаюсь вдвойне, вдесятерне. Видишь ли, когда ко мне слетали золотые грезы творчества… окутывали меня своей дымкой… когда новые, головокружительно смелые мысли рождались в моей голове, обвевали меня своими крылами… тогда я сплетал их в поэму, в образы, картины.

То есть в общих чертах, понимаешь.

Росмер. Да, да.

Брендель. И как я наслаждался на своем веку! Загадочное блаженство творчества, – в общих чертах, как я уже сказал, – одобрение, благодарность, славу, лавры – все это я загребал дрожащими от радости руками. Насыщался в своих тайных мечтах радостью, блаженством. Витал на седьмом небе!

Кролл. Гм…

Росмер. Но ничего не заносили на бумагу?

Брендель. Ни слова. Это вульгарное бумагомарание всегда возбуждало во мне тошноту.

И с какой стати было мне профанировать мои собственные идеалы, когда я мог наслаждаться ими во всей их чистоте один? Но теперь приходится ими пожертвовать. Поистине, я испытываю при этом такое чувство, как мать, которая сдает своих юных дочерей с рук на руки мужьям. Но я все-таки принесу их в жертву… на алтарь освобождения. Ряд мастерски составленных лекций… Я объеду с ними всю страну!..

Ребекка(с живостью).