Золотые сердца

Они давно знали, что он сын фабричного, и часто запросто «тыкали» его, в то время как перед «барыней» холопствовали. В особенности «по душе» относились к нему мужики помельче, неполитики. Им было известно, что он назывался еще в мальчиках Петром Малым, а потому он и преобразился у них в Петра Петровича Малова. Настоящая же фамилия его была Морозов.

Мы обогнули «крестьянские зады» и вышли на сельскую улицу, почти сплошь заросшую мелкою кудрявою муравой, напитанной, как губка, водой после недавнего дождя.

Нам нужно было пройти через все село. На половине улицы от одного дома отделился мужик, без шапки, в одной рубахе и портах, подошел к нам и сказал «Здравствуйте», мотнув головой.

– А у барыни гости, – прибавил он, обращаясь к Петру Петровичу.

– А тебе что? – буркнул сердито Петр Петрович.

– Так, мол… Может, не знаешь… Она вон Дикому твои заведенья показывает. Хвалит.

– И пускай показывает.

– Знамо… У тебя разве что худое есть. Тебе скрываться нечего. Твоим делом всякий любуйся – не налюбуешься… Твое дело начистоту у всех…

– То-то вот и есть… Так и пущай смотрят… На то я и ферму устроил… А вы вот мне не верите…

– Как не верить? Верим.

Да разве нам пристали эти игрушки-то? Мало что хорошо – да не возьмешь!

– Знаю, лучше вас это знаю. Кабы вы только это говорили, – так я бы вам ни слова не сказал… А вы вон в облако пальцем тыкаете.

– Что ж! В облаке, брат, и ты не велик владыко…

Пока мы разговаривали с этим мужиком, к нам подошло еще несколько человек.

Видимо, у них было до Петра Петровича дело.

– Петр Петрович, а мы опять к тебе по нашему делу… Крестьянское присутствие опять, вишь ты, затянуло нас, – заговорил тот же мужик.

– Я сказал – ступайте к майору.

– Да ведь что ж майор? Майор у нас душа-человек! Только в заправском деле выправки у него нету…

– Поспособствуйте! – заговорили мужики. – Мы бы по гроб жизни…

– Я уже вам способствовал, чего еще? Полгода из кожи лез, а что сделал?

– Так, так… Это что говорить! Продолжительное дело… Да, может, теперь оно ходчей пойдет…

– Ну, и ступайте к майору.

А я не хочу, потому что все одно оно, что у майора, что у меня пойдет…

– Обстоятельнее бы с тобой.

Петр Петрович надвинул шляпу и зашагал от мужиков. Мы шли некоторое время молча.

– Вы знаете этого майора? – спросил он.

– Мало.

– Мы его встретим у жены. Потешный человек: стар, детски-наивен, храбрится, как отставной солдат на костылях.