Вечера княжны Джавахи. Сказания старой Барбалэ

И еще говорят осетины, что удалось Гуду увлечь Нину в свой хрустальный замок на Эльбрусе и сделать ее царицей бездн и гор, своей женою.

Только вряд-ли правдиво это. Вернее – умерла Нина, и ищет ее всюду по свету старый свирепый Гуд…

* * *

Замолкла Барбалэ…

Стало тихо в горнице…

Михако закурил трубку. Замурлыкал горскую песенку удалец Абрек.

Княжна Нина заглянула в лицо старухи черными, горящими любопытством, глазами.

– Так ты думаешь, джан, что тот горец и был…

– Старый Гуд! – подхватила Барбалэ уверенным тоном.

 – Вишь, ищет свою Нину в горах старый и в каждой девушке видит ее… Прикинуться горцем, лезгином, или нашим грузином, – ему ничего не стоит. Ведай это, моя ласточка!..

И опять замолчала… И опять наступила тишина…

И каждый думал о старом Гуде и о том, как хорошо удалось общей любимице-княжне избежать беды.

Третье сказание старой Барбалэ

Каменный джигит

Словно ясное утро свеженькая, проснулась молоденькая княжна.

– Пикник нынче. Лошадей готовьте.

Скачем все, скачем все!

Кричит, торопит, смеется. Смеется, как ручеек булькает внизу под горою и серебристый тополь шушукается в роще с ветерком.

– Собирайтесь все. Все собирайтесь. Пикник нынче… Барбалэ, готовь корзины с провизией, моя старая, милая добрая Барбалэ!

Бэла, дочь Хаджи-Магомета, еще на той неделе приехала из аула, и от зари до зари распевала веселые песни.

Князь Георгий накануне из лагерей вернулся. С ним молоденький хорунжий прискакал, его адъютант, и сестра адъютанта, Зиночка, беленькая, нежненькая, так мало похожая на восточных роз – Нину и Бэлу.

Кусочек северного петербургского неба, казалось, упал в бледные глаза Зиночки, да так и остался в них, прозрачно-голубовато-серый, не улыбающийся, не туманный.

Издалека, с холодных берегов Невы, прилетела в Джаваховское гнездо Зиночка на побывку к брату и не может придти в себя от восторга при виде сказки: панорамы величавых гор, гордой кавказской красоты, царственной природы и этого моря красок, цветов и поэзии вокруг…

– Время выезжать!.

. В путь пускаться время!.

Голос княжны звучит властно, повелительно.

Князь Георгий улыбается. Любуется красивой, как ливанская роза, цветущей дочуркой.

– Ах, ты Нина – джигит, командир-сотник, постой ты у меня!..

И снова смех, шутки, серебро плавленое, звенящие колокольчики и голос феи:

– Пора! пора!

Выехали гуськом из ворот усадьбы. На гнедом кабардинце, впереди всех, князь Георгий Джаваха.