Суженая для Альфы

Покрутилась пару раз перед своим отражением и увиденным осталась довольна.

Альтаир ждал ее внизу, одет был в привычном глазу костюме, так что изменений в нем она не увидела. Стоя спиной к лестнице, он говорил по телефону, сверху ей было видно на его пальце золотое кольцо-печатку с черным камнем. Оникс, предположила Наира, но, подойдя ближе, увидела пересветы бриллианта. Услышав шаги, он быстро свернул разговор и, положив мобильный в карман, повернулся к своей спутнице, обвел взглядом словно рентгеном и недовольно скривился.

– Слишком провокационно, – посмотрел на наручные часы и поджал губы, – времени нет, пойдем так.

И вышел из дома. Черный монстр стоял у входа, полированный, с сияющими фарами.

– А другой машины не нашлось? – не представляла, как взобраться, не оголяя бедра.

– Смотри, какая цаца, – поцокал Стас, – пешком пойдешь.

– Стас, – Тайр с угрозой осадил своего друга и подошел к ней сзади вплотную. – Я подсажу.

Ощущая спиной и ягодицами тепло его тела и жар мужского дыхания, испытывала странные ощущения – по телу расходилась эйфория от близости мужчины, отдаваясь покалыванием в позвоночнике.

Когда ее подхватили под бедра и проворно посадили на заднее сиденье, подтолкнув при этом в конце за ягодицы, румянец окрасил ее щеки, кровь прилила к лицу и шее.

Со всех сторон хлопнули закрывшиеся дверцы, заревел мотор, и они вырулили на проезжую часть. Жизнь за городом имеет свои плюсы, никакого шума автомобилей, криков и гогота детей разных возрастов, только тишина и покой.

Но когда ты пленник, всё совсем наоборот.

Наира вспомнила, как ее привезли сюда впервые. Частный загородный дом был двухэтажный, внушительный, казался ей весьма неприветливым и сумрачным. Строгий и лаконичный фасад с темно-серой кирпичной кладкой создавал тяжелую ауру мрачности под стать своему хозяину. Что охранники во главе со Стасом, что домработница оказались немногословными и на контакт не шли.

Несколько раз она пыталась заговорить с Верой Николаевной, женщиной на вид лет пятидесяти, надеясь на женскую солидарность или элементарное сострадание, но та молча каждый раз сверлила ее взглядом и продолжала либо убираться, либо готовить еду, так что после нескольких попыток Наира оставила бесполезные потуги и по привычке залегла на дно.

В машине фоном играла приятная гармоничная мелодия, неспешно переговаривались между собой мужчины, атмосфера была спокойной, но напряжение не оставляло ее всю дорогу.