Тройная метка. Право на отцовство

В мыслях проскользнул вопрос из-за странный фразы рыжеволосого про мать, словно она к нему не имела никакого отношения, но всё вытеснил шум потасовки, набиравшей оборот.

Мощь Раниля превосходила силу Крэйвена, и он тягал того по всей комнате, отбрасывая пудовыми кулаками и вдавливая их в чужую грудную клетку. Раздавались хрипы, кашель и сипение, но звук был еле различим за гневным рычанием и ударами мебели о стену, когда та разлеталась в щепки.

Охнула, когда младший Волков увернулся от очередного пинка и ударил моего рыжеволосого в живот, вот только тот даже не дернулся с места благодаря натренированному стальному прессу.

И пока Раниль выдыхал через нос, выпуская агрессию и прищуривая глаза, Крэйвен схватился за ножку от разломанного стула на полу.

– Н-нет, – вцепилась пальцами в руку Громилы, который расслабленно продолжал стоять на месте, лишь с интересом наблюдая за чужой дракой, как за чем-то обыденным, но довольно занятным.

– Испугалась, персик? – повернул ко мне черноволосый голову и ласково улыбнулся.

 – Не переживай, стой за мной, и всё будет в порядке. Надо будет, выгоню их на улицу спускать пар.

– Я н-не б-боюсь, – вопреки словам говорила с заиканием.

– Что-то не похоже, – покачал головой Гром, в то время как Крэйвен угрожающе выставил ножку с острыми бороздами перед собой и двинулся на более мощного соперника.

– Н-не за себя, – взяла себя, наконец, в руки и выдохнула. – Раниль силен, но разве его брат действует честно?

– Он глупец, каких поискать.

Одолеть его всё равно что отобрать игрушку у ребенка.

В этот момент острие ножки стула с огромной скоростью направилось к рыжеволосому, но он даже не сдвинулся с места. Я задержала дыхание, ощущая, как холодеют конечности, но вопреки моему страху непоправимого не произошло. Брусок Раниль отбил играючи, а затем быстро, не успел Крэйвен дернуться, метнулся к нему и схватил за грудки, поднимая над полом и откидывая влево.

Не знаю, сделал ли он это специально, но тело рыжего ударилось об окно, после чего раздался страшно громкий треск и звон. Мужчина исчез снаружи дома, где от его веса затрещали кусты. Его стон вторил осколкам, продолжающим осыпаться частично и на пол в гостиной.

Я стояла, открыв рот, даже потеряла дар речи, а Гром стиснул мое бедро сильнее, словно тревожился о чем-то. В это время Раниль стал медленно оборачиваться к нам.