Сердце банемида

Подойдя к нему, она поцеловала его в плечо. В ответ Рогард обнял её.

– Как думаешь, там запасы еды или человеческая выпивка?

– Надеюсь, первое. Но не будем гадать, давай посмотрим сами, Рогард.

Банемиды, за редким исключением, не пили пьянящие напитки, столь популярные у людей. Ясный ум помогал им выживать в сложных условиях.

Отодвинув прочь стол, они увидели металлическое кольцо, потянув за которое, можно было откинуть крышку погреба. Что Рогард и сделал. Как и ожидалось, вниз вела лестница, предназначавшаяся для человека.

Он сам бы попросту там застрял.

– Как думаешь, сможешь туда спуститься? – он вопрошающе посмотрел на жену.

– Думаю, что да. А если застряну, ты меня вызволишь, ведь так?! – она звонко засмеялась. Он любил её смех.

Рогард молча наблюдал, как она осторожно спускается вниз, проверяя каждую ступеньку на прочность прежде, чем встать на неё. В конце концов, Лирея скрылась из виду. Банемиды лучше людей видели в темноте, потому с собой в подвал его жена не взяла ни свечу, ни факел.

Через пару мгновений она вновь показалась, и Рогард заметил её растерянный вид.

– Что там? – нетерпеливо спросил он её.

Она, задрав голову, посмотрела ему в глаза и еле слышно произнесла:

– Дети.

Он не ожидал услышать именно это. Человеческие детёныши в их доме? Что им делать теперь? Нельзя допустить, чтобы кто-нибудь из сородичей узнал об этом, иначе проблемы им обеспечены, а самих детей ждёт ужасная судьба.

Тем временем его жена вновь исчезла, а затем появилась с маленьким грязным и лохматым существом на руках, которое протянула ему.

Он растерянно и осторожно забрал ребёнка из её рук. Огромные испуганные и обречённые глаза цвета дневного неба, смотрели на него сквозь бусинки слёз, которые струились по её вымазанным в грязи щекам.

– Не бойся, дитя, всё хорошо. Я не трону тебя. Ты хочешь есть?

Ребёнок слабо кивнул, продолжая молча плакать.

– Хорошо, у нас как раз готова порция на тебя. – на самом деле, у них с едой пока что были определённые сложности, так как захваченные ресурсы распределялись медленнее, чем того всем хотелось, а фермерство и скотоводство людей его народу были чужды по определённым причинам.

Судя по всему, им ещё предстояло пройти через сложные времена, включающие голод.

Но кое-что у его жены было припасено. Гикам, неприхотливый корнеплод, активно выращиваемый на болотах, который можно было и отварить, и обжарить, и съесть сырым. В данный момент, возможен был только последний вариант.