Мне хорошо, мне так и надо…

В чисто эстетическом отношении она не делала никакой погоды, так как была очень маленькой, почти плоской, можно было бы даже лифчик не носить. В голом состоянии Маринина грудь никуда не заваливалась, не обвисала и не торчала. В юности Марина грудастым девкам завидовала, но сейчас ей было совершенно всё равно, какая у неё грудь. Витины пальцы легонько коснулись всё ещё твёрденьких сосков, потом скользнули между грудями, надавили на кость, спустились вниз, потом опять прошлись там, где кость, и снова… «Что он там массирует? Сроду он так не делал…» – ощущение было никаким, ни плохим, ни хорошим.

Марина снова закрыла глаза и принялась думать, что вечером ей бы следовало сходить в Дом кино на премьеру фильма, снятого приятелем. Он её приглашал, неудобно не ходить. Да почему бы и не сходить.

– Марин, что это тут у тебя?

– Что?

– Что-то тут у тебя есть… я чувствую под пальцами.

– Что ты чувствуешь?

– Не знаю. Какая-то шишечка. Раньше её не было. Не болит?

– Не болит. Да нет у меня там ничего.

– Есть, Марин. Я сразу заметил. Наверное, это пустяк, но надо показать врачу, так не всякий случай.

– А что это?

– Ну, Марин, откуда я знаю? Я же не врач. Просто шишечка. Давай свой палец…

Марина упёрлась пальцем в промежуток между грудями и ближе к левой сразу нащупала маленький желвачок. Примерно с две копейки, плотный, чуть вытянутой формы. Нажимать на него было совершенно не больно. Марина как-то сразу поняла, что это рак. Она не подала виду, дала Вите доделать массаж, он давно перевёл разговор на другое, но когда Марина уходила, опять напомнил ей о враче.

Лицо у него было усталым и озабоченным, вовсе не таким уж юным. У Марины создалось впечатление, что Витя не в первый раз с «желвачком» сталкивается.

К врачу она пошла буквально назавтра, в платную поликлинику. Осмотр, ультразвук, пункция… ну да, рак. Хорошо, что застали. Можно и нужно лечить. В первый день после официального диагноза Марина лежала на своём раскладном югославском диване, смотрела в темноте в одну точку, и вела сама с собой диалог:

– Я умру?

– Нет, ты не умрёшь.

Умрёшь, как все люди, но не сейчас.

– Откуда ты знаешь? Разве можно вылечить рак?

– Можно. Спасибо Вите, вовремя застали. Ещё не поздно.

– Я не хочу умирать.

– Ну и не умрёшь. Нужно бороться.

– Я не могу. Мне страшно.

– Сможешь. За жизнь надо бороться.

– Мне страшно.

– Да, очень страшно. Кто будет со мной…

– Никто, ты же знаешь, что никто.