Ординариум Анима

Что ж, выход из этой пакостной ситуации только один.

Оглядываюсь на Смирнова. Тоже мучается. Ему еще тяжелее, вчера отмечал годовщину свадьбы. Отметил на славу, это видно по лицу. Поерзав на стуле, поднимает на меня глаза. Жалкая улыбка. Понимаю тебя, старик.

Привычный жест – два пальца к губам.

Облегченно кивает. Еще бы, конечно.

Усмехаемся друг другу и потихоньку исчезаем с рабочих мест. Вроде никто не обращает внимания.

Ну никакого служебного рвения, что ты будешь делать. Опять никакого.

В коридоре встречаем Семеныча.

Интересно, почему это наш чудесный фрезеровщик не в цехе? Наверное, потому же, почему и мы не у кульманов. Организм ждет от хозяина чего-то большего, чем протирание штанов у чертежей или обработка очередной болванки. Какого-нибудь маломальского разнообразия ждет. Хотя бы по случаю наступления весны.

Берем Семеныча с собой. Какие вопросы. Втроем веселее.

В курилке пусто и прохладно. Вот и замечательно. Не до галдежа, хочется спокойствия и безделия, хотя бы на несколько минут.

Некоторое время молчим, каждый погружен в свои мысли. Я открываю окно, впуская пыльный апрельский воздух и пару резвых солнечных зайчиков на противоположную стену. Жалостливый скрип оконной рамы служит началом разговору.

– Аккуратнее с окошком, Саня. Еще пара открываний, и кранты раме, – кряхтит Смирнов, чиркая спичкой. – Аж зимой собирались поменять, да, видно, пока не развалится, не почешутся.

– Да и с подоконником поосторожнее, – добавляет Семеныч, наблюдая за моей попыткой усесться поудобнее.

 – Подвиг Лехи, я так думаю, тебе вряд ли под силу.

– Чего за подвиг, какого Лехи? – интересуюсь, прикуривая и протягивая сигарету Семенычу.

– Козлова Лехи, кто ж у нас еще спец по экстремальному везению, – изрекает Смирнов, сощуривая глаз от дыма. – Среди моих знакомых нет другого человека, способного средь бела дня грохнуться с четвертого этажа и остаться целым и невредимым.

– Да ты что? Леха ссыпался с четвертого этажа? – искренне удивляюсь я. – А я не слыхал.

И жив-здоров, говоришь?

Семеныч криво усмехается:

– Счастливец он и есть счастливец. За дерево зацепился. Пару царапин схлопотал, даже без переломов обошлось.

Сплевываю в окно, качаю головой.

– Вот везет дуракам. А ведь верно, все такой же прушник, что и был, когда здесь работал. Помнится, когда нас всех разгонять собирались, он один на повышение пошел, а?

Смирнов кивает, затягиваясь:

– Да, соскочил в самый нужный момент. Хотя это еще что.