Офелия

Мистер Палмер должен был представлять последнюю свою разработку на ежегодном автосалоне и обещал взять младшего сына с собой поглазеть на самые красивые и редкие авто Британии. Питер предвкушал поездку, считая дни, оставшиеся на отрывном календаре.

– Йон, поехали с нами? – предложил он. – В отцовской машине места полно, я упрошу, чтобы тебя с собой взяли.

– Не, – смутился мальчишка. – Езжай ты. Я как-то… Ну я лишний.

– Ты друг! Ничего не «лишний»! Да отец тебя с радостью с нами возьмет!

Йонас скорчил рожу, почесал между лопатками.

– Ты – Пит Буду Знаменит. А я этот… как оно там? Вспомнил! Оккупант. И давай не будем на эту тему. Ах-ха?

Питер почти обиделся, но вдруг понял, что Йону от его обиды будет еще хуже. Что кроме Питера он так и ни с кем не подружился в деревне. Да и в Дувре, пожалуй, тоже. Деревенские дразнили белобрысого веснушчатого Йонаса «кляйне наци» и постоянно задирали. Хорошо, что кулаки у Йона были крепкими, да и на тумаки он не скупился. Плохо, что время шло, а друзей у него не прибавлялось.

И Питер очень старался быть ему лучшим другом. И искренне верил, что это у него получается. Дело было даже не в конфетах и желании слушать истории про оттудышей. Просто Йонас нравился Питеру своей самостоятельностью, неизбалованностью, готовностью всегда помочь и поддержать. А еще, что немаловажно, он принимал Пита таким, какой есть. Пожалуй, он был единственным, кто не пытался что-то в Питере улучшить или переделать. И Питер это очень ценил.

Вот и сейчас, видя, как погрустнели глаза и опустились уголки рта друга, Питеру очень захотелось сделать для Йонаса что-то хорошее и настоящее.

– Йон, а давай в саду шалаш построим? – предложил он. – Ну его, автосалон этот. Давай сделаем шалаш, будем рядом костер жечь и жарить над огнем сосиски? И жить там будем все лето. Чтобы тебе к тетке не возвращаться…

Йонас усмехнулся, кивнул без особого энтузиазма:

– Я бы с радостью. Но она меня найдет и точно под замок посадит. И заставит постричься.

Он махнул рукой и медленно побрел по обочине в сторону деревни, толкая велосипед вперед.

Питеру стало ужасно грустно. Он смотрел другу вслед и все искал слова, чтобы вечер не становился таким печальным. «Нельзя ссориться перед закатом, – вспомнил он слова мамы. – Перед расставанием – тоже. Заканчивать день надо с легким сердцем».

Питер бросил велосипед посреди дороги и бегом помчался за Йонасом. Догнал, толкнул в плечо и, когда друг обернулся, протянул ему пакет с леденцами.