Офелия

Как бы ему ни мечталось о смелой подружке, которая умела бы драться на палках, лазила по деревьям, читала книжки про пиратов, шпионов и знала наизусть рассказы о Шерлоке Холмсе.

– Ну и ладно, – с досадой произнес Питер. – Зато у меня будет своя тайна. Только Йонасу ее и расскажу.

– Про что расскажешь? – раздался за спиной насмешливый голос Ларри.

Питер вздрогнул, испуганно вцепился в бинокль. «Ну все, я попался», – уныло подумал он и сразу выпалил:

– Прости, я яхту твою поломал… Я нечаянно! Я починю, Ларри! И бинокль вот, возьми, спасибо.

С ним ничего не случилось. И это… мне полы помыть, да?

Брат ухмыльнулся, отвесил ему легкий подзатыльник.

– Ты кого там разглядывал? – кивнул он в сторону окна. – Да еще и в бинокль.

Питер засопел, думая, открыть Ларри тайну или нет. Решил, что Ларри все-таки не отец, орать не будет.

– Утром я тут читал книгу, – начал он осторожно. – Ее надо отдать послезавтра, мне мальчик в школе одолжил. Она классная, про супершпионов и суперсыщиков. Как Эркюль или Шерлок.

И Мориарти.

– А бинокль-то зачем? Шрифт мелкий? – усмехнулся Ларри и сел рядом с Питером на подоконник, сдвинув в сторону горшок с ярко-красной геранью.

– Не, шрифт хороший, – заулыбался младший брат, поняв, что нагоняя не будет. – А бинокль… Там девочка купалась. В нашем пруду. И я…

Он запнулся, поняв, что ситуация глупая. Девчонка уже десять раз как ушла, а он примчался сюда в надежде ее снова увидеть. И сам себя убедил в том, что ищет какой-то лаз в кустах.

– Девчонки дуры, – миролюбиво произнес Ларри.

 – Но на голых девок можно и в бинокль попялиться. Только, знаешь, Пирожок… это не девчонка была.

От удивления Питер чуть с подоконника не свалился. Ему даже страшно стало на миг.

– Как – «не девчонка»? Я же видел…

– Это папина русалка. Ему ее привезли на прошлой неделе, вы с Агатой в школе были. Мы вам решили пока не говорить. Отец думал, что она умрет. Ее везли долго, в плохой воде. Она рыбу не ела, пряталась. Ну мы и не говорили вам.

Ларри говорил это настолько будничным тоном, что Питер решил, будто брат над ним шутит.

Живая русалка стоила дороже нового автомобиля. Наверное, как десять новых автомобилей. Или половина усадьбы. Да и зачем папе русалка?

– Ларри, я уже не маленький, – сурово заявил Питер, для солидности расправив плечи и пытаясь втянуть живот. – Я тебе не верю. Это была просто девочка.

Брат поскреб заросший щетиной подбородок, пожал плечами. Снял с шеи Питера бинокль, поднес к глазам.