«Перо зимородка» и прочие тайны

Столько времени еще впереди, но нет – надо сегодня каждый закоулок обшарить… Устал как собака.

– Вот и не трать сил на ругань. Надо пользоваться любой возможностью, – я пожала плечами, – мало ли что…

Отто достал из кружки сосновую почку, бросил на клумбу. Отпил горячего пряного напитка, что-то одобрительно пробурчал. Затем, видно, осмыслил мои слова.

– Мало ли что, говоришь? А что у нас вдруг может случиться?

– Откуда же мне знать… Это в Брокхольме крыша протечет или коза на чужом огороде капусту поест. Горелка у меня лопнет.

А здесь все же столица, господин Бернстайн. Вихрь событий…

Бернстайн хмыкнул.

– А ты ничего часом не замыслила? Недаром же с Гретой так профессионально оценивали музейные экспонаты. Что-то конкретное знаешь про эту выставку? Или про нашу поездку?

– Не больше твоего. Органный концерт понравился?

– Уходишь от разговора. Ладно, так и быть – учитывая, что мы пробрались в собор за грошовое пожертвование, я ставлю концерту высшую оценку. Но жонглер на площади меня просто убил наповал…

Отто говорил еще что-то, а я все смотрела по сторонам.

До нынешнего вечера и представить себе не могла, как сильно обрадуюсь этому городу – будто старому доброму другу. Он немного повзрослел с момента последней встречи, но похорошел и принарядился. Сняли леса с базилики Святого духа, подновили Регентскую башню. Достроили Малые ворота. Украсили доходные дома…

Но кроме домов и улиц я надеялась увидеть еще кое-что. Точнее – кое-кого. Сюда понагнали полиции со всего королевства, так почему бы среди этой армии правопорядка не оказаться и ему? Допустим, случайно.

Или не совсем случайно. Поэтому так не хотелось уходить. Казалось, что сейчас, вот именно в ту минуту, как я встану и уйду, на площади появится один знакомый… А я уже буду на соседней улице. И мы разойдемся.

Разумеется, Бернстайну не к чему знать, что я ищу встречи с представителем закона, да еще не в последних чинах – вот бы обрадовался… Хотя на физиономию Отто я бы посмотрела.

– Все, идем, – скомандовал он и встал.

Я дернула его за рукав.

– Еще пять минут… Завтра ведь все равно до полудня проспишь.

Отто с недовольным видом уселся на скамью и уставился на площадь. Духовой оркестр закончил концерт, музыканты упаковывали инструменты, зрители хлопали и расходились. Торговцы сворачивали лотки и выкрикивали последнюю цену на нераспроданные кренделя.

С дальней стороны площади показалась высокая стройная фигура в мундире. Отсюда не было видно – в каком.