Одержизнь

Ваша нянька умеет варить кофе?

– У нас только чай, – неловко краснея, отвечает Вероника.

– А я и от чая не откажусь.

Электромобиль срывается с места, заставив молодую женщину вжаться в сиденье. Сельен косится на неё, сбрасывает скорость.

– Прости, что напрашиваюсь. Не надо тебе сейчас одной быть. Дождусь твоего бывшего и уеду.

«Я не одна, Ксавье придёт вечером», – хочет сказать Вероника, но понимает, что Сельен прав, и просто кивает.

Внезапно Сельен мрачнеет, исчезает с лица лёгкая улыбка:

– А братец твой где? Как учёба закончилась, его и не видно.

В его голосе Веронике чудится что-то похожее на затаённый страх. Показалось?

– Он с Амелией должен быть. Они оба пропали после завтрака.

Сельен кивает, снова улыбается. Наигранно весело барабанит пальцами по рулю:

– А, ну тогда вообще отлично.

Дома их встречает взволнованная Ганна.

– Мадам, ну что? – умоляющим тоном спрашивает она.

– Амелия с отцом. Где-то, – отвечает Вероника сдержанно и распоряжается: – Nourrice, чаю, пожалуйста.

В библиотеке Сельен долго изучает стеллажи со старинными книгами, достаёт несколько томов по истории, усаживается в кресло за их изучение. Вероника ходит туда-сюда, без конца выглядывает в окно. Ей мерещится то шелест шин по мостовой, то скрип створок ворот, то голос Амелии во дворе.

– Да присядь… – умоляюще тянет Сельен. – От того, что ты мечешься, они быстрее не приедут. Выпей чаю.

Метнув раздражённый взгляд, Вероника отходит от окна и присаживается с краю софы напротив сына Советника.

– Во, так лучше. Что за травки в чае? Расскажешь?

– Мята, чабрец, ромашка, – слегка нервозно перечисляет Вероника. – Сушёные яблоки ещё. Ягоды.

– Ты клубнику любишь? У матери целая грядка клубники, вот-вот поспеет.

Клубникой маленькую Веронику часто угощал отец. Как давно это было…

– Да, наверное.

– А что точно любишь? – прищурясь, спрашивает парень.

– Читать люблю, – отвечает Вероника и растерянно умолкает.

– А ещё?

«Люблю, когда Амелия и Жиль вместе играют и носятся по дому. Люблю, как пахнет рубашка Ксавье. И свежая, и после мессы. Когда Ганна поёт свои цыганские песни. Люблю розы в утренней росе. Особенно когда они с шипами, настоящие. Люблю наблюдать, как растёт виноград и салатные травы. Люблю туманы после сильных дождей. И когда солнце сквозь густую листву светит…»

– Рыбок смотреть в городском парке, – тихо отвечает Вероника, краснея.