Алена Винокурова

Но спорить с Викторией Яковлевной, генеральшей со стажем, не стал и вопросительно посмотрел на меня.

– Нет, конечно, вас только в этом цирке не хватало! – отвергла я эту идею.

– Но Вадим, я надеюсь, придет тебя поддержать? – не унималась мама.

Поступив в свое время в ведомственный ВУЗ, я очень их расстроила. В семье к тому моменту служили и отец, и мой старший брат, и родители мечтали видеть меня воплощением женственности и нежности. Наверно поэтому, узнав, что я участвую в этом конкурсе, мама обрадовалась так, будто я ей сказала, что ухожу в балерины.

Мама моя была профессором в университете и одно из главных качеств хорошего родителя определяла, как «поддержи своего ребенка в любом начинании». Подозреваю, что она всерьез верила, что для меня будет очень важно, чтобы вся семья, включая моих племянников и их той-терьера Богарта, сидела с транспарантами и шариками в первых рядах и рукоплескала моему появлению. А в финале было бы совсем неплохо, чтобы Вадим выскочил на сцену и сделал мне предложение, я ответила «да!», растроганное жюри вручило бы мне корону и мы, счастливые, побежали бы в ЗАГС подавать заявление на ближайшую дату.

– Мама, Вадик вообще-то не ежиков на ферме охраняет, выходной всему личному составу не давали в связи с этим конкурсом, – не удержалась я.

– Устроить ему выходной? – в тон мне спросил отец.

Он еще сильнее матери мечтал сбагрить меня в замуж и в декрет. Желательно пожизненный.

– Не надо, – пробурчала я.

– Ну, хорошо, – миролюбиво заметила мама, – тогда позвони, как все закончится.

Танечке передавай от меня привет и пожелание удачи.

Что я и сделала, заехав за ней. Она заранее записала нас на макияж и укладку в свой любимый салон.

– Сегодня все решится, – не совсем к месту сказала она, когда макияж был закончен.

– В смысле?

– Ну, сегодня все станет ясно – все или ничего.

– Тань, бутират беременным нельзя, ты в курсе?

Танька от меня отмахнулась и не объяснила свою загадочную фразу.

– Я придумала другой номер на конкурс талантов, это будет супер! – по дороге к зданию театра сказала она.

– А можно так? Надо же, наверное, предупредить организаторов?

– Не надо, в этом вся суть, эффект неожиданности! – она загадочно улыбнулась.

– Танька, ты чокнутая, – покачала я головой, улыбаясь ей в ответ.

В холле уже царила суета, начальство давало интервью журналистам, родственники блаженно улыбались, конкурсантки пробегали с видом «ах, ты не должен меня видеть до свадьбы!».