Девочка, которой не было. Мистические истории

Следующая – фотография прекрасной молодой девушки, она сидит на траве, улыбаясь, смотрит в объектив. Неужели это Лизонька? И последний кадр: Владимир с Лизонькой и девочками на залитом солнцем берегу улыбаются, сидя вместе на траве. Прекрасный кадр. И фотография получилась отменная. Яркий живой снимок.

Будто молодая пара отдыхает у реки летним днем с дочками-погодками.

Но как? Кто мог сделать этот снимок?

17 августа 19… года

Поиски пока результата не дали. Владимир Владимирович уехал в Кр-ск к семье.

Я остался с Аполлинарией. Ей необходима поддержка и участие. Я руковожу поисками Владимира и Вареньки в Солонцах.

Я выхожу с камерой Владимира и фотографирую все, что фотографировал он, в надежде напасть на след.

20 декабря 19… года

Поиски ничего не дали. Владимира и Вареньку не нашли. Фотографии я сложил в сундук. Мне жаль, но мои попытки при помощи фотографии найти след Владимира и Вареньки ничем не увенчались. Мои снимки были обычными. Ни Марьюшки, ни Лизоньки, ни Владимира с Варенькой на них не проявлялось.

Я обошел все места, что были на фотографиях Владимира. Прошел много километров по берегу Качи. Никаких следов.

С сожалением должен признать, что не нашел ответ этой таинственной загадки. Я прекращаю поиски и все материалы отправляю на чердак.

Да, есть одна хорошая новость: я сделал Аполлинарии предложение руки и сердца, и она была столь любезна, что ответила мне согласием.

На этом дневник деда обрывался. Дети сидели с горящими глазами, я и сам, признаться, был взволнован.

– Вот это да… у нас теперь есть своя семейная тайна.

По восторженным лицам детей я понял: нам обеспечены интересные и беспокойные каникулы.

Котенок

Виктория Данген

Как зарождается зло? В роковую ли минуту решения или медленно созревая? И можно ли предотвратить его, почувствовать только что зарождающуюся беду? Я давно ищу эти ответы и не нахожу их… Иногда мне думается: вот вспомню всё, каждое мгновение, и я обязательно отыщу этот момент.

Эту точку невозврата.

I

Однажды мы зашли в гости к маминой подруге – Софочке Крывановской, ломаке и выскочке. Софочка (она не позволяла мне называть ее «тетя») встретила нас в шелковом пеньюаре, с босыми ногами и неизменным мундштуком. Она курила, пуская дым через крупную щель передних зубов, звонко смеялась и нервно взбивала на голове копну рыжих кудрей. Мама шумно, не стесняясь в выражениях, пересказывала ей свежие сплетни.