Сборник рассказов. Зёрнышки

Моей маме тогда было четыре года. Вражеские налёты моя бабушка с тремя детьми пережидали в окопчике, за базом. Когда всё стихло, бабушка взяла младшую дочь на руки, старшую – за руку и побежала с ними на погребку, там оставались её свёкр со свекровью. Мама ждала в окопчике, когда моя бабушка вернётся за ней. Только бабушка принесла детей к старикам и повернулась бежать за моей мамой, как вновь начался воздушный бой. Свекровь упала ей в ноги, обхватила её, закричала:

– Паша, не ходи! Тебя убьют, что я одна буду с ними делать?! Умрём все от голода! Останься! Что будет!

На всех кормильцем была одна моя бабушка.

Погибни она тогда – погибли бы все.

Так и осталась моя мама во время боя в окопчике. После, когда за ней прибежали, уже не надеялись, что та осталась в живых. Но мама выжила, только застудила ноги, был февраль.

Этот случай мне рассказала моя мама. И я теперь понимаю: счастье, что они выжили. Все.

Тьма вокруг, ледяной пронизывающий ветер. Гудят, подлетая к железной дороге, тяжёлые бомбардировщики.

Где-то вдалеке начинается воздушный бой. Враг не выдерживает огневого натиска наших лётчиков и бежит. Слышен свист и взрывы бомб, сбрасываемых фашистами без прицела. И кажется, что каждая пуля, каждый осколок, каждая бомба – в твоих детей и в тебя.

Теперь моя мама говорит: «Я помню, как что-то стрекотало!» Её память, щадя ребёнка, запомнила весь этот ужас как стрекотание. Думаю, посттравматический синдром присутствует у всех детей войны, а также рождённых вскоре после неё.

Всё в нашей стране в те нелёгкие послевоенные годы протестовало против предначертанной детям войны судьбы: быть слабыми и покорными. И все, кто окружал малышей, и несчастных сирот, и детей, у которых остались живы родители, учили их: выживи! Любым способом, только достигни цели: вырасти, работай, стань самостоятельным, сильным, лучшим! Если ты будешь слабым и покорным, тебя оттолкнут от общей тарелки более сильные, ты ослабнешь, не сможешь постоять за себя, ты погибнешь!

Раньше, возвращаясь в книгах и фильмах в начало двадцатого века, мы осознавали лишь лежащие на поверхности катастрофические последствия революций и войн: голод, холод, разруху, сиротство.

И до сегодняшнего дня мы никак не поймём, отчего трудолюбивые, сердечные люди, готовые поделиться последним с нуждающимся, так несчастны.

Невозможно стать счастливыми, если уничтожено то, что питает. Разорваны связи, которые держат. Когда ложь говорит на белое – черное.