Грязь. Сборник

– Свои три левых часа! – повторил Антон. – Сделаем… четыре часа искусства – новый век требует больше времени!

Три левых часа прошли 24 января 1928 года в нескольких улицах отсюда, вызвав большой ажиотаж. В тот день Введенский, Хармс, Заболоцкий, Вагинов, Бахтерев – светила Объединения Реального Искусства – вышли в народ, дабы произвести революцию. Хармс въехал на сцену, сидя на шкафу. Где-то за кулисами в позе «засадного» хищника притаилась балерина Попова, готовая при первом появлении Вагинова на сцене броситься к нему и начать танцевать.

Пытаясь показать свою изюминку и одновременно не проиграть Хармсу в скорости (в случае начала серьезного заезда) Введенский влетел на сцену на маленьком трехколесном велосипеде – он был самим олицетворением серьезности. В тот вечер ОБЭРИУты и К° показывали крайне абсурдную пьесу и до невозможности реалистичный фильм. Получилась ли у них революция? Вне всяких сомнений.

– Понимаешь, – заговорил своим серьезным голосом Мирон Игнатьев, интеллигент от мозга до костей, сторонник классики и рифм.

 – Есть одна проблема.

Он посмотрел на собравшихся, несколько раз кивнул головой, подтверждая какой-то свой внутренний монолог, и разразился:

– Эти часы проходили в Доме печати, а там сейчас музей Фаберже. Частники нас не пустят.

– Да и черт с ними! – с поистине бушующим запалом, характерным для героев Гюго, ответил Цвет. – Найдем, найдем! И выступим. Без левых и правых – одним братством! Конечно, беспощадный зритель не даст нам поблажек за то, что мы только начинающие.

Надо будет блистать всем, чем сможем!

– И даже больше! – взмахнул рукой Златоусцев.

– В память о Былых и с мыслями о Своих! – продолжал Антон. – А есть ли среди нас лидер? Нет.

– Все равны перед лицом Старухи! – подхватил Мир.

– Да, да, да! – кокетливо промяукала Маша.

– Даняяя, ты с намииии? – пропел Цвет.

– Думаю, да. Скажите что делать, поддержу, – как всегда просто ответил Брек.

– Коля?

Зарёв с ухмылкой посмотрел на друга.

Тот подмигнул и добавил:

– Без тебя никак.

Николай медленно кивнул головой.

– Ура! Ура! Ура! Все в бой! – подытожил своё выступление Цвет и плюхнулся на своё место.

– Только вот я через пять дней должен уехать, – опустив взгляд, сказал Николай. – Но в подготовке помогу!

– Слышали? – звонко зазвучал Машин голос. – У нас есть пять дней. На пятый – уже выступление. Никуда ты уехать от нас не успеешь!

Она показала Коле язык и засмеялась.