Белая ласточка

Света не могла определить…

Может, доброта вот эта, да и сама судьба? – такая трудная жизнь за плечами, самоотречение ради семьи? Свет на их лицах?.. Елизавета Петровна была раньше, об этом Света знала уже, преподавательницей музыки, оставила работу еще до пенсии – ради всех домашних дел, мужа, скончавшегося лет десять назад, и любимого сына, тогда еще только поступавшего в институт.

Елизавета Петровна потчевала гостью, вела беседу веселым, слегка мажорным голосом с устоявшимися интонациями влиятельного педагога и светской дамы-хозяйки… но Свете в них как-то не верилось, в эти интонации; наигрыш какой-то в них чудился, что ли… Глядя на белое в морщинках лицо матери Виктора, она жалела ее невольно и думала о своей матери.

На Виктора ей смотреть не хотелось.

Вскоре она засобиралась домой.

– Скромность вещь похвальная, – пробурчал Виктор недовольно. – Узбекские девушки, увы, уж так созданы.

Света поморщилась:

– А тебе бы хотелось… этакую?..

– Мне бы хотелось вообще тебя сейчас не отпускать А, например, попить вместе кофейку, посидеть рядышком…

– У телевизора, – подхватила Света.

 – А потом – бай-бай… Так?.. А мне бы сейчас хотелось книжку интересную почитать: Моэма, Оутс. Пусть даже и не рядышком. А хоть бы и одной, в общежитии. – Света дерзко тряхнула кудрями.

– Гм!.. – буркнул Виктор. – Я тоже за культурный досуг. Мне, правда, читать-то не приходится… в последнее время. Ну, провожу вашу светлость. Вот шубка, – он подал Свете ее синтетическую, узкую в талии шубку… – Шапочку не забудьте… Поехали, сани поданы!

Света попрощалась с Елизаветой Петровной, вышли.

На лестнице им навстречу поднимался крепкий, военного кроя, мужчина в короткой поролоновой куртке, круглолицый, пожилой. Обе руки были заняты дачными пожитками: в одной – мешок с округло выпирающими, как боеприпасы, овощами; в другой – брезентовая сумка с садовыми орудиями. То, что мужчина – военный, отставник, определялось сразу, несмотря на штатскую одежду: по бодрому взбеганью без одышки и полной безликости заурядного смекалистого лица.

– Привет научной интеллигенции! – тенорком гаркнул сосед, приостанавливаясь, чтобы разминуться со встречной парой на лестнице, – Как настроение?

– Порядок, Мит Митыч, – в тон ответил Виктор, – С дачи?

– Так точно. Желаю здравствовать!

Сосед с любопытством кольнул бывалым взглядом белесых глазенок Светино лицо и протопал по площадке к своей квартире. Света с Виктором вышли на улицу. У подъезда стояла машина.