Невеста до рассвета

Вдруг на Эдмунда уже набросили какой-нибудь сложный, постепенно проявляющийся приворот?

И тогда, увидев метку, он может принять меня за аферистку, и не факт, что Элисандра успеет прийти на помощь.

Нет, пока признаваться точно нельзя!

Закрыть разум ментальными щитами тоже не вариант. Мощный блок создаст телепатический шум, и я невольно привлеку к себе внимание гостей. А мне, наоборот, нужно не отсвечивать и притворяться красивой мебелью.

– Ваше величество, мы опаздываем на бал! – напомнил советник, бросив беглый взгляд на часы.

 – Поверьте, я разделяю ваши опасения, но лучшего варианта у нас нет! Вы, главное, от леди не отходите и поддерживайте тактильный контакт…

– Только осторожно! – добавила Элисандра. – Чтобы у неё ничего не отвалилось. На адептке очень сложная лоскутная иллюзия…

– Я обязуюсь соблюдать этикет и не касаться тех частей тела, которые могут отвалиться, – по губам дракона скользнула ироничная улыбка, – моя очаровательная спутница позволит предложить ей руку?

– Разумеется, – ответила, осторожно коснувшись ладони Эдмунда.

Жар его тела ощущался даже сквозь перчатки, а может, у меня просто начиналась лихорадка. Всё же я перемёрзла в лесу, перенервничала, да ещё браслет дал сбой…

Да! Наверняка. Я просто простыла, и «ведёт» меня от болезни, а не от близости императора.

– Готовы? – усмехнулся дракон, открывая портал.

Сквозь золотистое марево просматривались очертания огромного бального зала и фигуры гостей. Выходить к ним совершенно не хотелось, но и отступать было некуда.

– Готова, – ответила, собрав волю в кулак.

Шаг, ещё… на миг я зажмурилась, ослеплённая вспышкой портала и, почувствовав на себе чей-то злой, полный ядовитой ненависти взгляд, споткнулась, запутавшись в бесконечных юбках. Вцепилась в руку Эдмунда, пытаясь удержать равновесие, и бегло просканировала зал.

Поздно… враг уже взял себя в руки и скрыл эмоции под щитом. Но почему-то я была уверена, что это та же кицунэ, подставившая меня полтора года назад…

Доказательств у меня не было.

Ненавидеть Лауренсию могла любая из присутствующих на балу леди. Кто-то мечтал видеть на месте принцессы себя или свою дочь, кто-то завидовал молодости и хрупкой красоте драконицы, а кто-то и вовсе был против мирного договора.

Но меня насторожила не сама ненависть, а то, насколько «знакомой» она была. У всех менталистов прекрасная память на эмоции, и конкретно эти чувства я уже испытывала.