Цветные сны

Это что за кекс? – вслед за этим последовал небрежный кивок в сторону Майка.

Она боязливо посмотрела на наемника и неожиданно призналась сама себе, что действительно боится его. Поэтому очень рада, что Эрик здесь, рядом. Она была уверена, что он сумеет ее защитить если что… Все же как мало потребовалось времени, чтобы на смену настороженности пришло доверие к совершенно незнакомому человеку.

– Его зовут Майк. И мы с ним знакомы, потому что когда-то давным-давно, как мне кажется сейчас, работали на одного человека – Джека Клингера.

– Клингера?.. – перебил ее Купер, и на мгновение он показался ей растерянным. – Клингер умер. Что сейчас-то вас связывает?

– Все то же, – она выпрямилась. – Все тот же Джек Клингер. Он жив-здоров, сделал себе пластическую операцию и выглядит совсем не так, как выглядел прежде.

Майк, внимательно наблюдавший за федералом, с неожиданным удовольствием отметил, как при этих словах мальчишка вздрогнул, и на его щеках вспыхнули яркие красные пятна, которые буквально за считанные секунды сменила неестественная бледность.

Ага, значит, с Джеком у нас связаны крайне неприятные воспоминания. Это уже кое-что…

– Как это «жив-здоров»?.. – глупо переспросил Купер. – Мой шеф его хоронил! Лично!

– Ну что я могу сказать? Видимо, он похоронил кого-то другого.

– Он был здесь? Приходил сюда? – последовали друг за другом два резких вопроса.

Глория, удивившись такой мгновенной перемене настроения, вскинула на Эрика глаза и встретилась с ним взглядом.

Ей стало не по себе – в его серых глазах не осталось ничего от лукавого озорства, светившегося прежде. Глаза стали холодными и злыми.

– Это ведь ему ты звонила, верно?

– Да, ему. И, да, он был здесь, – не стала она отрицать. – Я его видела собственными глазами. Я разговаривала с ним. Его не узнать сейчас. Но голос – голос остался прежним.

Купер вдруг вскочил на ноги:

– Он что-нибудь трогал у тебя в квартире? К чему-то прикасался? Лицо лицом, но отпечатки пальцев он вряд ли смог изменить.

Не сжег же он их себе кислотой.

– Кажется, не сжег. Он был в перчатках. В перчатках здесь, в перчатках в кафе, куда вчера потащил меня пить кофе… Сказал, конечно, что, мол, по медицинским показателям носит перчатки, но понятно, что соврал. Он поменял внешность и имя, стал Ричардом. И очень радовался, что не пришлось менять фамилию.

– Это он так сказал?

– Слово в слово, – подтвердила Глория.

– Сволочь, – произнес федерал и сел обратно.