Тьма императора

София невольно покосилась на его величество, который, кажется, уже заканчивал разговор. От услышанного ей стало легко и приятно, а в сердце – немного жарко.

– А аристократизм или его отсутствие – это ерунда, и со временем предрассудки изживут себя, – продолжала Агата. – Вот! Вы ведь знаете этикет, айла Тали?

– Конечно, – кивнула София, вновь переводя взгляд на детей. – Но я довольно слабый маг, ваше высочество. Вам, наверное, нужна…

– Нам же требуется аньян, а не охранник, – вновь улыбнулась Агата своей щербатой улыбкой.

И, вскинув голову на отца, который наконец повернулся к ним, завершая разговор, воскликнула: – Пап, мы хотим ее!

Александр энергично закивал, а София так удивилась, что даже не испугалась.

Император поднял брови, улыбнулся, и София, посмотрев на него, вздрогнула – черные глаза с неестественно широкой радужкой выглядели очень странно и немного пугающе. Она знала, что у всех императоров глаза становились такими после обряда коронации, да и на портретах видела, но оказалось, что в жизни это производит совсем иное впечатление.

Далеко не самое приятное.

Но это чувство быстро ушло, когда его величество, рассмеявшись, сказал:

– Однако как много всего тут произошло, пока я говорил по браслету связи! Вы – София Тали, верно?

София кивнула, невольно нахмурившись – имя-то он откуда знает?..

Император словно услышал этот вопрос.

– Я попросил секретаря пригласить именно вас, потому что мы с детьми уже достаточно насмотрелись на аристократок. Вы первая из нетитулованных аньян, которая решилась прийти во дворец.

Агата, Александр… – Его величество, продолжая улыбаться, посмотрел на детей. – Бегите к себе, а я пока побеседую с айлой Тали.

– По-взлослому? – уточнил Александр, чуть картавя, и Софии захотелось рассмеяться, но она сдержалась.

– Именно.

Дети синхронно кивнули, вскочили с дивана и, взявшись за руки, пошли к выходу.

– Удачи, айла Тали! – сказала Агата уже на пороге, и Александр повторил за ней:

– Да, удачи!

– Спасибо, – поблагодарила наследников София, не отрывая взгляда от императора, который сел на диван напротив нее.

Двигался его величество как крупный хищник – плавные скупые движения завораживали, и Софии в который раз захотелось его нарисовать.

– Итак, айла Тали, – сказал император, как только дети вышли, и улыбка исчезла с его лица. Правда, при этом оно не стало недружелюбным. Он смотрел на Софию совершенно спокойно, даже бесстрастно. Но и девушке так было гораздо легче.