Тьма императора

– Она слишком молодая!

– Тебе напомнить, сколько лет было нашим предыдущим аньян? И какое фиаско они потерпели? Если справится – мне не важно, сколько ей лет, хоть пятнадцать. Не справится – уволю. И хватит мусолить эту тему.

– Арен…

– Я сказал – хватит, – произнес император тихо и холодно, и Виктория сразу замолчала. От нее плеснуло страхом, и император поморщился.

Никогда Виктория его не боялась, даже в самом начале знакомства. Еще и по этой причине из нескольких претенденток на титул императрицы, отобранных службой безопасности, он выбрал именно ее.

Жениться было необходимо, по любви, к сожалению, невозможно, так хоть на невесте без эмоций страха и опаски…

Но после того как Арен на Дворцовой площади без суда и следствия убил собственного брата, на Викторию иногда накатывало, хотя ее на площади не было – он запретил. К заговору жена не имела ни малейшего отношения, но дружба с убитым Аароном и то, что ей рассказали про события, сыграли свою роль, и теперь она порой пугалась. Словно он на самом деле мог ее испепелить.

Неприятно, но Арен предпочитал не говорить на эту тему. Хотя, возможно, следовало бы. Ни в одном из существующих законов император не наделялся властью принимать решение о казни и тут же самолично ее осуществлять. Он совершил преступление, но только жена брата сумела сказать ему это, глядя в глаза, – остальные молчали, явно опасаясь повторения судьбы Аарона.

Жалел ли он? Нет. И сделал бы это еще раз. Суд над единокровным братом императора тут же превратился бы в фарс – судья, даже Верховный, не стал бы выносить смертный приговор члену семьи Альго.

А оставлять в живых лидера заговорщиков, вокруг которого все они могут вновь объединиться, – безумие. Арен безумным не был. И убил сразу несколько демонов – уничтожил главу заговора, а заодно дал понять остальным его участникам, какая судьба их ждет в случае неповиновения. Раньше они не слишком-то боялись Арена, а теперь – еще как. Когда на твоих глазах император превращает в пепел собственного брата, сложно не испугаться.

Теперь бы еще поскорее решить проблему с родовой магией… Перспектива остаться без нее так пугала аристократов, что женившихся на нетитулованных по всей стране набралось всего трое. Конечно, прошел только месяц, но…

– Хорошо, – прервала его мысли Виктория, тихо вздохнув. – Я пойду к себе.

– Да. И, Вик… – Он помедлил, но все же сказал: – Очень прошу, не пытайся выжить из дворца нашу новую аньян. У меня сейчас сложные времена, ты же понимаешь.