Черное солнце

Усталость обнажила его лицо, глубокий взгляд голубых глаз больше не избегал ответного взгляда Элисон. И Эл боялась только одного: что каким-то неловким движением она спугнет эту крайнюю искренность, острую и пронзительную, увидеть которую случается не всем, но увидев однажды, забыть ее уже нельзя.

Нахмурившись, Элис тряхнула головой, отгоняя воспоминание. Она чувствовала, как влюбляется в Эдварда, влюбляется против своей воли, и это не нравилось ей. Потому что вместе с влюбленностью приходила ревность, у которой было лицо Ханны Ланг.

Да, она помнила слова Милна о том, что та история в прошлом, но…

Вспоминая разговор с Эдвардом о той ночи, которую они провели вместе, она понимала, что ведет себя глупо, – говорит и делает не то, что нужно. А что «нужно»? Элис покраснела, стараясь отбросить навязчивые мысли.

Ее «спасибо», вызвавшее у Эдварда сначала недоумение, а затем нервный смех, относилось не к тому, что произошло между ними. Сказав это, она хотела поблагодарить его за ту постоянную заботу и поддержку, которыми он, даже, несмотря на все колючие моменты в поведении и характере Эл, окружал ее.

Спасибо – за то, что спас ее от Гиббельса, из рук которого, – Элис это прекрасно понимала, – она бы не смогла выбраться. Если бы не Эдвард.

Но разговор вышел не таким, как она хотела. Ничего не вышло. Они не знали и не поняли друг друга. Глупо! Как глупо и нелепо все получилось, как стыдно! И как это объяснить Эдварду? И можно ли это как-то объяснить?

Элис вздохнула и снова перевела взгляд на журнальную страницу, пытаясь уловить смысл напечатанных слов.

Дверь в библиотеку тихо открылась, пропуская Милна.

– Не спишь?

Голос прозвучал совсем близко. Милн, задержавшись, поцеловал Элис в щеку и взъерошил волосы, чем вызвал забавное выражение на лице девушки.

Каждое утро она с трудом укладывала непослушные пряди в прическу, и при этом так смешно надувала щеки, что после слишком долгого дня, проведенного в компании нацистов, посещавших с визитами заводы концерна «ИГ-Фарбиндустри», в число которых входила и компания «Байер», – где трудился Харри Кельнер, – Эд не мог отказать себе в удовольствии немного и беззлобно задеть Элис: от возмущения ее взгляд переливался блеском и темнел, и ему очень нравилось наблюдать за тем, как меняется цвет ее изумительных, зеленых глаз.

– Читаю новый номер.

Девушка приподняла журнал «StyL» и улыбнулась.

– Что пишут?

Милн вальяжно устроился в кресле напротив, с удовольствием вытягивая вперед длинные ноги.