Мрачные мемуары. Обезьяний лес

Положив пистолет на стеклянную крышку, он присел с краю на морозильник, который наполняли аккуратно сложенные коробки желтого цвета с узнаваемым логотипом. Сэм не понимал почему, но этот лыбящийся пельмень выводил из себя. Может, потому, что на его месте он видел толстую морду Лоутера? Или его раздражала мультяшная улыбка?

Сэм отодвинул в сторону стеклянную крышку. Опустив пальцы внутрь, парень ощутил зыбкий мороз. Он вытащил пачку и задвинул крышку назад.

Скользя взглядом по способу приготовления, напечатанному на обратной стороне, Сэм громко, но спокойно сказал:

– Слушай, дружище, а зачем тебе вдруг понадобились связи с Йонасом? Насколько мне известно, он испытывает некое пренебрежение к подобного рода сотрудничеству.

 – Парень вскрыл пачку и заглянул в нутро: машинной лепки вареники, слегка заляпанные по краям красно-бордовым цветом из-за вишневой начинки. Вытащив целлофановую упаковку с варениками, Сэм снова заглянул в пачку. – Ты ведь какой-то там сокрух, а он – считай, что наркобарон и убийца номер один в Бариде. Хотя, если оценивать твою манию к соле, ты вполне можешь даже с ним посоревноваться.

На дне коробки был еще один пакетик, Сэм подцепил его двумя пальцами. В нем ожидаемо оказалась сола.

– Неужели у тебя стало туго с бизнесом? Просишь помощи у Йонаса? – Сэм подкинул пакетик на ладони и хохотнул. – Или это он просит твоей помощи? Какая ирония! – Сэм снова подбросил в руке пакетик. На его пальцах все еще была кровь демонов, которая оставляла черные отпечатки на целлофане.

 – В которую я не верю. Слушай, дружище, выходи уже, а то у меня помимо тебя еще куча дел.

Спрыгнув на пол, манлио бросил пакетик в морозильник, и, подхватив пистолет, двинулся по коридорам. И ходил почти минуту, пока не наткнулся на еще один след. На полу возле коробок лежал кусок кожи, покрытой демонической кровью. Значит, Лоутер себе что-то отгрыз. Парень подошел ближе. Кажется, этот лоскут с запястья. Вокруг рассыпана сола.

И тут пол дрогнул. Сэм резко обернулся. Позади него метрах в десяти стоял Лоутер. Точнее то, что им было. Он возвращался к своему первоначальному виду – становился истинным сокрухом.

Манлио выстрелил три раза – и все три мимо. Лоутер уворачивался так, словно траектория каждого выстрела ему известна.

Тело Лоутера было покрыто толстым панцирем, напоминающим латы. Из-под него виднелась серая кожа, покрытая волосами и вязкой слизью.