Наёмники. Дождливая осень

– За каждый? – Скосил Рут на него глаза.

– Ага.

– Неужели они столько стоят?

– Хо! Они стоят на много больше. Это же редкая вещь, во-первых, а во вторых, парой таких штучек можно приличную брешь в толстенной стене проделать.

– А у нас их двадцать четыре штуки и это выходит двенадцать тысяч эргов.

– Двадцать три. – Поправил Буй-Бык.

– Но было двадцать четыре.

– А, – махнул Хомпа рукой – всё равно тервилю придётся пару тысяч отдать, как налог.

– Куда же ещё один подевался?

– Потерялся, должно быть.

 – Зевнул Бык.

– Не. – Очнулся вдруг Мондвид. – Его Гарс забрал.

– Как забрал!? – Вся дремота тут же улетучилась.

– Так. – Наёмник икнул и, провалившись в сон, снова что-то забормотал.

– Вот же сволочь!

– Остынь дезар, ну свистнул он один наконечник, и что? Нам они вообще на халяву достались. – Рут буркнул в ответ что-то про мать Гарса, расточительность Быка и отправился спать.

На третий день, после отъезда из Ван-Худа, наконец-то кончился дождь. Обоз потихоньку подбирался к сосновому бору по напрочь убитой дороге, где собирался провести днёвку, дать отдых лошадям и починить телеги.

Нудный дождик настолько всем измотал нервы, что люди рады были неожиданно жаркому солнышку, хотя из-за него так прело, что дышать было нечем. Один лишь Мондвид выглядел недовольным.

– Летом такой жары не было, а тут смотри, раздухарилось!

– А ты радуйся, – ответил ему кто-то из раненых – хоть просохнем немного, а то такое чувство, что я в болоте лежу, а не на телеге.

Мондвид стянул кожаную накидку, под которой находился видавший виды стёган, Рут увидев это, спросил:

– Неужели ты в этом дрался?

– Что? – Вольный оглядел себя.

 – А, нет, конечно, у меня есть отличная кираса с наплечниками, я её в позапрошлом году с одного бомрика снял. (Бомра – государство расположенное юго-западнее Таваско. Бомрик – просторечное название жителя Бомры) Чистая бронза с червями.

– С чем?

– Ну, с этим, червлением. Знатная вещь, литьё тончайшей работы.

– Где это видано что бы кирасы отливали? – Вмешался в разговор Серт, один из вольных бойцов с раздробленной ступнёй.

Келем каждое утро подступался к парню с разговорами, что, мол, ногу резать пора, не ровён час кони двинешь, но Серт твёрдо стоял на своём и резать не давал, хотя уже пахло от неё далеко не фиалками. Дошло до того, что вольный, завидев лекаря, вблизи начинал крыть его трёх этажным матом, лишь бы не дать тому приблизиться.

– Я тебе говорю отлитый.

– А ну покаж.