Ненавижу тебя

Теперь у меня нет макияжа, зато есть синяки от недосыпа под глазами.

Лифт раскрывает двери, и я выхожу обратно в зал ресторана.

Пошел ты к черту, Элиас. Столько лет переживаний за несчастного мальчишку, который превратился в полное дерьмо.

Пропихиваюсь через толпу девчонок, весело щебечущих об отстойном сервисе в каком-то отеле на Ибице, и иду прямиком к Лене.

Она стоит со своим мужем, и что-то, мило улыбаясь, говорит ему. Платье облегает небольшой аккуратный животик.

Светлые волосы красиво уложены волнами и блестят. Лена вообще вся сияет – и понятно, отчего. Любая бы женщина сияла, если бы на нее с таким обожанием смотрел мужчина, за которого она выходит замуж. Черт, кем он приходится Элиасу, а?

Чем ближе я подхожу и рассматриваю эту гору мышц, обнимающих хрупкую невесту, тем больше убеждаюсь в мысли, что он и Элиас о-очень похожи внешне. Те же темные волосы, яркие серые глаза, высокий рост…

Лена замечает, как я направляюсь к ней, и размыкает объятия, поворачиваясь.

– Настя! – она улыбается мне, – все в порядке? Ты какая-то усталая.

– Прости, Лен, – я тоже улыбаюсь ей, – мне нужно уже домой.

– Так рано?!

– Я живу у черта на куличиках, если ты забыла – хмыкаю я, – пока доберусь с пересадками, уже будет поздно.

– Все только начинается, – произносит ее новоиспеченный муж, – ты действительно слишком рано. В отеле есть свободные номера, где можно остаться на ночь.

– Правда, Насть! – радостно восклицает Лена, – ты чего?!

Я вздыхаю. Лену обижать не хочется, но настроение испорчено. К тому же, теперь я знаю, чей это отель, и тем более…

– Погоди уходить, – коротко произносит ее муж, и кому-то машет рукой, подзывая, – сейчас скажем, чтобы тебе дали ключ. Устанешь – уйдешь отдохнуть.

– Но…

– Правда, Насть, останься! – всплескивает руками Лена, и смотрит мне за спину, – вот, познакомься! Это брат моего Эрика, Элиас…

Остановите землю, я сойду!

Волоски на руках встают дыбом.

Я превращаюсь в соляной столб, как та бедная женщина, которая оглянулась невовремя на Содом и Гоморру. Божечки, как я могла забыть? Только сейчас в памяти всплывает воспоминание, как Элиас рассказывал про своего старшего брата, которого я видела от силы пару раз. Все это просто вылетело за пятнадцать лет из головы вместе с именем.