Система

Он видит бледные лица товарищей, которые стоят в строю и смотрят, как его волокут к машине.

«Жертва несчастного случая на стрельбищах!» – газетный заголовок внезапно появляется перед глазами. «Я жертва! Но почему именно я? Почему так нелепо? Схлопотать пулю не в бою, не в Афгане, а в роте обеспечения учебного процесса может только конченый неудачник».

Его кладут на заднее сидение УАЗика. Габриэль прыгает за руль.

– Кожевников, собрать оружие и в роту! Медведев со мной, – распоряжается он.

Дорога кажется муторной и бесконечной.

Кроме гудения заднего моста и скрежета переключаемых передач в машине не раздаётся ни звука. Габриэль и Монтана молчат, не разговаривают даже между собой. Такое молчание бывает в траурном катафалке, который везёт покойника на кладбище.

Глядя на грязно серую обшивку потолка салона, Кир крутит в голове события своей короткой жизни и находит во всем какую-то несуразность незаконченность. «Ну не должно же все так закончиться!» – думает он – Во всем должна быть хоть какая-то логика, а то, что происходит сейчас выходит за ее пределы.

Что я сделал такого, чтобы заслужить такую нелепую смерть. Я готов погибнуть как герой, но только не так».

Сейчас ему кажется несвоевременным и неуместным искать ответ на вопрос , который наверное мучает сейчас Габриэля и Монтану: «КАК ЭТО МОГЛО ПРОИЗОЙТИ?».

Наконец то, свистя тормозами, УАЗик останавливается у ворот училища.

– Сидеть здесь! – командует Габриэль, конечно же, обращаясь к Монтане, и забегает в будку КПП.

Он возвращается где-то через пять минут, угрюмо хлопает дверью, посигналив, заезжает в раздвигающиеся ворота. Проехав мимо плаца, вдоль главного корпуса он сворачивает в арку и въезжает во внутренний двор учебного корпуса со стороны черного входа. Вход этот не то чтобы совсем черный, и обладает высоким крыльцом и роскошными деревянными резными дверями, но пользуются им гораздо реже, чем парадным. Кир видит у подъезда двух курсантов в коричневых больничных пижамах, держащих носилки.

Габриэль тормозит возле крыльца, выбегает из машины, по воровски оглядывается по сторонам.

– Давайте в темпе вальса! – рявкает он курсантам, открывая заднюю дверь. Те помогают Киру выбраться и лечь на носилки. Затем, натужно кряхтя, они подымают носилки с его телом на крыльцо. Габриэль забегает вперед и открывает перед ними двери. Носилки с Киром проносят по пустому коридору и поднимают на второй этаж. Там, в конце левого крыла находится местный лазарет.