Аттестат зрелости

– Наша ветреница не скучает, – хмуро заявила она. – Она уже нашла себе поклонников. Мне там больше делать нечего.

– И мне, – подхватила Галь из солидарности, обрадовавшись возможности побыть с Лиат наедине. – Я утомилась.

Они лениво расселись на опустевшем диване. Каждая упорно искала тему для разговора, но безуспешно. Как будто что-то вдруг сломалось в отношениях этих закадычных подружек, и они ощущали себя более чужими, чем незнакомые совсем. Ребята и Шели все не появлялись.

– Привет, красавица! – вдруг раздался над ухом Галь знакомый голос.

Та подняла глаза на того, кто ее окликнул, и увидала Наора Охану, их одноклассника, так называемого всеми "вальта Мейталь". Лиат тут же сжалась. "Только бы он был без Мейталь!" – взмолилась она про себя. Что же это такое? Даже здесь, в городской дискотеке, эта проклятая шпана никак не даст ей покоя! Однако Наор, не в пример «королеве», вел себя очень сдержанно.

– Привет, – недовольно проронила Галь, машинально придвинувшись к подруге детства.

– Почему ты сидишь угрюмо? Пойдем потанцуем? – свысока поинтересовался Наор, зыркая одновременно на нее и на ту, которую она как бы пыталась прикрыть своим телом.

– С чего ты взял, что я буду с тобой танцевать? – резко ответила девушка.

– Брезгуешь мной? – насмешливо спросил Наор.

– А почему ты пристаешь? – вскричала раздразненная львица. – Я с тобой не общаюсь. Что тебе за дело до меня?

Наор немного постоял рядом, словно выжидая чего-то.

На одном его голом плече красовалась татуировка, изображающая какого-то хищного зверя. Галь никогда не видела ее у него прежде. В их элитной школе запрещалось демонстрировать татуировки, и этот шелопай, видимо, всегда прикрывал ее рукавами, чего нельзя было сказать о его вечно драных джинсах.

– Желаю тебе удачи, киска! Еще увидимся, – многозначительно произнес "валет Мейталь" после затянувшейся паузы, и отошел от их стола.

У Лиат отлегло от сердца. Она услышала, как Галь с раздражением прошипела: "Кретин!".

– Ты иди к Шели, не сиди со мной, – предложила она ей в знак благодарности.

– Я больше не хочу, – покачала головой Галь. – Он окончательно испортил мне настроение.

И тут Лиат передернуло изнутри. Ответ подруги осенил ее. Она придвинулась к ней почти вплотную и взволнованно затараторила:

– Если так, то не откажи мне в просьбе, одной-единственной! Разреши мне потанцевать с Шахаром, когда он вернется.