Бирюзовый Глаз

Хозяева заведения явно полагали, что допустимы лишь те предметы интерьера, что несут сугубо практическую нагрузку. Никакого декора, никаких лишних украшений: кругом нержавеющая сталь, стекло и прямые углы. Окна во всю стену до самого пола, посетители будто на витрине. Но это никого особенно не беспокоило. Посетители занимались своими делами и не обращали внимания на улицу.

– Тут посидим. Придется дожидаться полуночи. Потом сам все увидишь.

– Что – все? – тупо спросил я.

– Вот все и увидишь, расслабься. Хочешь, девочек за столик пригласим?

– С ума сошел? Не то настроение.

Давай лучше рассказывай, что там к чему и как. Раз время пока есть.

– Да шучу я, шучу… какие уж теперь девочки. Я как раз собирался ввести тебя в курс, для чего именно этот столик и выбрал. Вон там прогал, на противоположной стороне улицы, промежуток между домами. Видишь? Еще одно такое место. Перед войной там жилой дом стоял, но после попадания немецкой бомбы, здесь ничего больше уже не строили.

На каждом столике стояли какие-то разноцветные таблички.

Нам досталась желтая, она сообщала:

Наше кафе – удивительное место, где можно провести деловые переговоры и романтическое свидание, полакомиться необычной едой, испробовать разнообразные блюда, изготовленные по русским и европейским рецептам. По пятницам и субботам играет оркестр, и гости могут наслаждаться живой музыкой.

Мы заказали два «больших» кофе, салат и по паре бутербродов с цыпленком. Народу в кафе заметно прибавилось. Соседний столик заняла худая нервная женщина и двое ее толстых детей.

Мальчики-близнецы. Один из них углубился в кусок торта, как мультяшный Карлсон потонув рожицей во взбитых сливках, а второй, не трогая свой торт, что-то клянчил противным высоким голосом. Я продолжал пить кофе, которого осталась полкружки. Высыпал второй пакетик сахара и размешал. За окном потемнело, и свет в кафе стал мешать созерцанию улицы. Разговор как-то не клеился, шеф явно думал о чем-то своем, сбивался, отвечал невпопад и нервно поглядывал через толстое витринное стекло.

Наконец, за окном почти совсем стемнело, и если б не прекрасное городское освещение, разобрать что-либо не представилось бы возможным. Само появление дома я не заметил, хотя Леонид, постоянно следивший за местом, похоже, наблюдал весь процесс с самого начала.

– Вот сейчас смотри, теперь уже можно, – вдруг сказал шеф. – Внимательно смотри.

Я взглянул на ту сторону улицы. На первый взгляд ничего не изменилось.