Бирюзовый Глаз

Еще неизвестно, как получится с ними сработаться на остаток дней своих.

– Хорошо. А как насчет терраформирования? Технически это доступно человечеству уже сейчас. Мы создадим на Марсе парниковый эффект, повысим температуру и давление, чтобы образовалась жидкая вода, накроем планету аналогом озонового слоя, чтобы защититься от ультрафиолета…

– Технически уже доступно говоришь? Что ж, есть такая работа. Но на планете Земля и прямо в центре континента Евразия. Надо аккуратно, без экологических последствий для соседних регионов восстановить терраформированием Аральское море, – тогда и о марсианских морях можно будет поговорить.

– Слушай, какой-то несерьезный разговор у нас получается, – пробурчал Мак.

Раздался характерный шум, а за иллюминатором тем временем стали смещаться звезды. Такие яркие и немигающие. Первый в истории международный пилотируемый космический корабль «Mars» производил плавную коррекцию траектории полета…

Хм… а, пожалуй – ничего так, годный рассказик. Можно будет и другие почитать.

Как раз под настроение подходит.

13. Оксана

Я спал и видел сон. Необыкновенно яркий и реалистичный. Тот самый, что стал мне чем-то вроде нематериального талисмана. Он возвращался регулярно, но не так часто, как хотелось бы. Снилось, что иду по длинному-предлинному проспекту, конца которому не видно. Справа какие-то дома, что лучше назвать небоскребами. Их вершины тают где-то в небе, а само небо… по-моему, его тут просто нет. В этом сне, так похожем на явь, я откуда-то все уже знал, что в этих небоскребах нет последнего этажа – вместо него первый, и поднявшись на самый верх, можно выйти на тот же самый проспект… что этот проспект прям и бесконечен, хотя имеет ограниченную длину… что здесь есть улицы, выполняющие желания прохожих, а хрустальные водопады поют свои звенящие мелодии играя каплями на ветру.

Это мой Город! Я знаю и люблю его, по-моему, еще с детства. Его сумасшедшие улицы, где на прозрачных столбах сверкают волшебные фонарики никогда не прекращающие свои колдовские игры; улицы, где дороги устланы чарующими картинами из замороженного пламени; улицы из металла и кремния, в небоскребах которых безостановочно работают гениальные суперкомпьютеры – вместилища искусственных интеллектов. Город с обворожительными парками и садами, где благоденствуют растения давно уже вымершие под моим родным небом и те, чужие, что растут в мирах, куда людям путь заказан навсегда и вовеки.