И грех, и смех

С годами

стали блекнуть даже яркие события в жизни, такие

как свадьба, дни рождения детей. Все позади, впереди только воспоминания и неизвестность.

Первым на «поминки» приехал Гоги из Семендари с венком как положено с красными глазами. С

ним прошло детство и вся взрослая жизнь. Он выразил соболезнования Батразу с непередаваемым

чувством потери.

Зияди неожиданно вышел из-за угла и сияюще

стал в костюме и галстуке с распростертыми руками, готовый принять Гоги в свои теплые братские

объятия.

– Генацвали, Гоги…

Гоги выронил венок, и у него отвисла челюсть.

Он, обуреваемый чувствами, с минуту стоял как

вкопанный, не в силах произнести ни одного слова.

– Хм. Зияди. Ты так больше не шути, – сказал

Гоги наконец. – У меня сердце не железное.

Вторым подрулил к дому Зияди его старый друг

из Тбилиси Саба, семидесяти лет, богатый, как

черт и взрывоопасный, как вулкан. Он буквально

залетел во двор, быстро проговорив что-то Батразу,

устремился в дом, чтобы увидеть в последний раз

лицо покойного друга.

Но вместо этого он лбом

наткнулся на живого Зияди. Он оторопел с открытым ртом, не совсем понимая, что происходит. Обретая дар речи и обнимая Зияди, он выругался:

– Старый козел, я хотел приехать с подарками

на юбилей, а ты взял и все испортил. А ты и не догадаешься, что это.

Зияди прищурился.

– Неужели, это правда? Ты хотел подарить мне

мундштук, из которого курил Сталин?

13

– Хорошо, что мозги твои еще не высохли, –

сказал Саба.

 – Ты догадался. Я обещал подарить

его тебе на юбилей.

– Ну, ничего, – сказал Зияди. – Есть много вещей, о которых нам стоит жалеть. Я подожду еще

десять лет.

Третий был Сулико из Гори с седой шевелюрой

и лицом, изрезанным морщинами. Великий оптимист и человек твердых убеждений. Он вошел во

двор с букетом цветов и подарками.

Он осмотрелся

по сторонам. Несмотря на то, что у всех были нарисованные скорбные лица, он улыбался, потому

что каким-то образом узнал про розыгрыш: таких

не проведешь – он не сомневался, что это был розыгрыш старого хохмача. И вскоре он в этом убедился, когда Зияди закричал:

– Сулико! Брат, как ты догадался?

– Птицы донесли.

Друзья в сборе. У каждого столько накопилось

слов и новостей, хоть сиди до самого утра.