С корабля на бал, или Отпуск с изюминкой

По сути, она была единственным осветительным прибором на всю каюту, отчего создавалась атмосфера интимности и некоего романтизма. Однако это не мешало рассмотреть каюту в целом. Она была проста, но довольно изыскана, в ней было все необходимое. Пол покрывал прекрасный персидский ковер ручной работы, в длинном ворсе которого так приятно утопали ступни. Вся мебель была выполнена в одном стиле. Никаких признаков дурного вкуса или вульгарности.

– Вот, это я понимаю, каюта, так каюта, – оглядываясь по сторонам, проговорила Гейл.

– Да. А в каюте капитана, наверное, все еще более шикарно и масштабно, – мечтательно предположила Сью, откинувшись на мягкие подушки, аккуратно разложенные у спинки кресла. – Гейл, это просто сказка какая-то. Теперь мне не хочется просыпаться.

– Когда к тебе придут с допросом, думаю, ты захочешь проснуться и оказаться в номере своего отеля. Сьюзан, мне все это не нравится, – размышляла вслух подруга, расхаживая взад вперед, словно маятник, – что-то не сходится.

Эти люди, конечно, благородные, но они тоже странные, и одеты в старомодную одежду прошлых веков, и говорят по-особенному, а их корабль! Ты когда-нибудь видела такие корабли и каюты?

– Только в кино про Пиратов Карибского моря, – ответила на вопрос подруги Сьюзан, а потом добавила – Знаешь, по крайней мере, такую мебель и такую роскошь на корабле может себе позволить разве что только английская королева. Может они состоят на службе у Ее Величества? А что? Раз во дворце до сих пор прислуга ходит в форме двухсотлетней давности, которую уже тысячу раз чинили и латали, то и военно-морские служащие тоже могут выглядеть как персонажи 18 века, времен правления королевы Анны или Георга II.

– В этом что-то есть. Я и не знала, что ты такой знаток английской истории, – удивилась Гейл. – По крайней мере, это многое объясняет, если окажется так, как ты предположила.

– Когда они вернуться, мы у них об этом обязательно спросим, – заверила подругу Сью.

Их разговор был прерван неожиданным стуком в дверь.

Через минуту в комнату вошел один из матросов, водрузив огромную резную деревянную ванну на середину каюты, и аккуратно убрав ковер, чтобы не намочить его. Следом за ним поочередно зашли еще несколько матросов с ведрами горячей воды. Не успели подруги опомниться, как ванна была наполнена, а на столе появилась стопка чистой одежды, полотенца и кусок душистого мыла. Девушки снова остались в каюте одни. Первой пришла в себя Гейл.