Следствие ведет блондинка

– Здравствуй Ваня! Я тоже рад тебя видеть, – со спокойным радушием приветствовал его брат и, встав, протянул руку для пожатия.

Ваня прошел мимо, сделав вид, что не заметил этой руки. Тимофей растерянно потряс ею в воздухе и «сделав глаза» Рубцову снова опустился за стол для переговоров.

– О, у нас новый президент компании! – он нервно улыбнулся Марго, которая все еще сидела в кресле Тимофея, – Хотя я не удивлен. Вы пара сапог, и одинаково соответствуете этому креслу.

– Поосторожнее в выражениях, – сухо проговорил Тимофей, – Ты пока в моем кабинете.

– Ты правильно сказал «пока»! – парировал Иван.

– Ванька, ну что ты так нервничаешь! Ты же себе печень посадишь! – жалостливо проворковала Марго, – От тебя и так одна желчь осталась.

Иван метнул на нее взгляд полный ненависти, и едва сдержался в рамках приличий, чтобы не заорать «Заткнись, дура!». Это «Заткнись, дура!» теперь явственно читалось на его недовольной физиономии. Он плюхнулся за длинный стол напротив Тимофея и мрачно оглядел собравшихся:

– Как с отчетом для акционеров?

– А я думал ты просто так заскочил, по дороге, – спокойно парировал президент компании.

Ему стыдно было признаться в том, что издеваться над братом ему в удовольствие. Уж слишком очевидны были его обиды, слишком легко было его подколоть и вызвать в нем самые низменные чувства. Иван с детства рос открытым, ретивым и нервным выскочкой, так что спокойный, миролюбивый Тимофей зачастую играл с ним, как усталый генетик с мушкой дрозофилой. Ванька для Тимофея всегда был предсказуем.

– Я где-то читала, что у мужчин твоего роста часто бывает комплекс Наполеона. Там что-то говорилось о мужской потенции и какой-то странной связи с машинами, – задумчиво изрекла Марго, почесывая Мао за ухом, – Как будто у тех мужчин, которые в постели совсем так себе, какое-то необыкновенное стремление быть лидером на работе. И еще у них страсть к большим машинам. Вань, а у тебя какая машина?

– Заткнись! – все-таки рявкнул владелец огромного Лэндкраузера.

– Я вот только не поняла, почему такой отвратительный мужской комплекс назвали в честь вполне съедобного пирожного? Или, наоборот, пирожное уже потом назвали в честь комплекса? Но тогда откуда это странное название…– невозмутимо продолжила Марго, даже не заметив, что красный как рак Иван уже сжал кулаки.

– Я не понимаю, – взревел он и, вскочив со стула, заходил по кабинету, – Что тут делает Марго?

– Марго один из наших акционеров. Или ты забыл? – вскинул брови Тимофей.