Зоя. Том второй

А потом неожиданно произнесла:

– Ну вот и всё, значит, я не ошиблась, и твоя семья вскоре узнает о том, как их ссыльный родственник пал в стенах инфекционной больницы.

У Янека затряслись ноги. Перед глазами потемнело. Он не заметил, как Карина оказалась совсем близко. Обняла его. А Янеку вдруг показалось, что это Зоя рядом с ним. Он вглядывался, тёр глаза, смотрел на неё, а потом обнял и поцеловал.

Карина вздыхала, Янек шептал:

– Золо?то моё, как же я скучал по тебе.

Гладил Карину по волосам и груди, прижимал к себе.

Очнулся уже на полу. Голова надзирательницы лежала у Янека на груди. Он резко встал. Посмотрел на обнажённую женщину, увидел свою одежду рядом с ней. Стал тереть виски. Не помнил ничего.

А Карина потянулась, встала и тоже начала одеваться, потом произнесла:

– А ты хорош… Золо?то моё… Я даже никогда не слышала, чтобы так кого-то называли.

Янек молчал. Он по-прежнему силился вспомнить, что всё-таки произошло.

Вернулся в барак, лёг на кровать, слёзы капали из его глаз, он тихо шептал:

– Зоя, Зоечка, Золо?то моё, прости, прости, прости…

***

Макар лежал на больничной койке и вспоминал Матильду и Таисию.

Но всё чаще думал о жене и дочке. Жалел, что так мало уделял им времени и ни разу с момента ухода на войну не написал ни одного письма. Эта война заставила Макара по-другому взглянуть на жизнь. На полях боёв он насмотрелся на всякое.

А сейчас попросил у медсестры лист бумаги и карандаш. Начал писать письмо Матильде. Писал долго, перечитал несколько раз.

А потом порвал на мелкие кусочки. Решил, что незачем давать надежду. А вдруг война не пощадит его? Так жена без весточки и страдать меньше будет.

Ещё пару дней и Макара должны были отправить обратно в горло войны. Он завидовал тем, кого после госпиталя отправляли домой. Даже думал, что сможет легко обходиться без слуха или зрения, лишь бы больше не возвращаться в это пекло.

На место выздоровевших больных тут же клали новых с разными увечьями. Раненые были повсюду. Мест не хватало и коридор тоже стал палатой.

Оставляли только узкий проход. Остальное было заполнено койками. После небольшого ранения в области груди Макар почти два месяца пролежал в госпитале. Рана долго не заживала. И вот осталось совсем немного.

Осторожно проходя мимо коек, Макар вглядывался в лица. И вдруг остановился на одном. Подошёл ближе. Солдат спал. У него была забинтована голова и рука. Макар долго смотрел на него. Не будил. Это был Николай. Сердце Макара стучало бешено.