Смертоносная зона. Остросюжетный детектив

Ярко-алые, нежно-коралловые, кирпично-карминные, ядовито-пунцовые, траурно-пурпурные, огненно-пламенные, темно багряные… На полу мирно покоились уже отвалившиеся побуревшие лепестки, похожие на пятна засохшей крови.

Вера зажала рот руками, ощущая приступ внезапной тошноты. В горле застрял удушающий комок. Тело словно окаменело, по спине пробежал холодок. От кроваво-багрового великолепия было не по себе.

– Верка-а-а, спасай! Спасай меня, горемычного! Ты что не слышишь? – надрывался в прихожей Алексей. – Новый сноп принесли…

– Иду, иду…, Мне нужно предыдущий еще пристроить…

Она наполнила водой кувшин.

Но втиснуть окаянный букет через узкое горло не получилось. А! Все равно завтра придется выкидывать…

Вера сгребла розы в охапку и решительно выбросила их в мусорное ведро. Сложенный вчетверо листок, что прилагался к букету, постигла та же незавидная участь. Супруга юбиляра его попросту не заметила…

Июль 1996 г., Пафос, Кипр

Из нескольких отрывочных фраз, хлестко произнесенных Фрэнки, сознание уловило только излюбленное словосочетание «молодая женщина».

В ответ Кристос лениво пошевелил пальцами на ногах, потер слегка затекшие лодыжки и шумно зевнул, прогоняя дремоту.

– Вставай, сонная тетеря! Слышишь? Хватит о бабах думать, – неожиданно рявкнул старший полицейский, словно проник в черепную коробку молодого напарника и прочитал его блудливые мысли. – Жду тебя у машины.

Через минуту резко хлопнула входная дверь. Значит, старина Фрэнки уже вышел во двор. Господи Иисусе, как вставать неохота… Ага, вот и мотор завелся… Ладно, ладно, не гуди.

Бегу, уже бегу…

Кристос неторопливо опустил ноги на пол и, наконец, выполз из кресла. В темноте долго не мог найти ботинки, пока не догадался включить верхний свет. Яркая вспышка больно ударила по глазам, и полусонный полицейский на мгновенье ослеп. Когда зрение вернулось, проклятые туфли неожиданно обнаружились у окна. Интересно, как они там оказались?

– Бегу, уже бегу… не гуди! Весь квартал разбудишь…

Но прежде, чем покинуть кабинет, Кристос еще раз тщательно оглядел все вокруг.

Привел в порядок бумаги, на которых так славно покоились его пятки, и аккуратно сложил листы стопочкой. На всякий случай сдул все пылинки – шеф был большой аккуратист и терпеть не мог чужих следов пребывания на своем столе.

Не прошло и часа, как они уже неслись по пустынному шоссе.

– Бьюсь об заклад, что это – опять русская, – прошепелявил Фрэнки, перегоняя сигару во рту туда-сюда.