Четыре пьесы. Комнатная девушка ■ Так уж случилось ■ Отель «Монплезир» ■ Логика сумасшедшего

Так уж физиология наша работает.

ИЛЛАРИЯ. Мне всё равно.

АЛЁНА. Это сейчас. Сейчас у тебя, это видно же, эйфория, когда море по колено. А пройдёт время, и весь негатив вашего мезальянса скажется во всей его неприглядности.

ИЛЛАРИЯ. Не каркай, бабушка!

АЛЁНА. Да тут хоть каркай, хоть выпью реви или филином ухай… (Она долго молчит) Ты одурманена счастьем, и потому не стану тебя переубеждать. Верно говорит Сидор, каждый должен прожить жизнь по своему собственному плану или по собственной дурости – иначе в старости проклянёт тех, кто ему этого не давал.

Что ж, живи, как считаешь правильным – и бог тебе судья. Я не хочу, чтобы ты меня проклинала.

ИЛЛАРИЯ (порывисто обнимает и целует Алёну). Бабуля! А родителей убедишь? Меня они, я боюсь, не послушают.

АЛЁНА. Постараюсь. Во всяком случае, попробую. Они же тебе тоже не враги. Но пока лучше им на глаза не показывайтесь. Пусть уляжется гроза.

ИЛЛАРИЯ. Гроза? Какая гроза?

АЛЁНА. А ты думаешь, она дома не грянет?

Тут появляется Доброрадов.

Он в изящном костюме и стильных рубашке с галстуком.

ДОБРОРАДОВ. Ну что же, я готов!

ИЛЛАРИЯ. А мы уже к родителям не едем.

ДОБРОРАДОВ. А я к ним и не собирался. (Мимически передразнивает Алёну, выражающую недоумение). Мы едем в ресторан! Мне только что позвонили из «Эксмо» – мою книгу запускают в производство наконец и в России. Это надо отметить, и я приглашаю вас, мои милые дамы.

ИЛЛАРИЯ (взвизгивает от радости и бросается на шею Доброрадову). Мне нужно всего минут двадцать переодеться.

Она убегает.

АЛЁНА. А мне не во что… Может, вы поедете без меня?

ДОБРОРАДОВ. Старуха, ты по миру ходи, а хреновину-то не городи! Ты прекрасно одета, вон и колье какое изящное на тебе опять нынче. Ты ко мне ещё ни разу ненарядной не приходила.

Алёна удовлетворённо хмыкает – мол, а то. Поднимается с кресла и подходит к нему вплотную. Он нежно гладит её по волосам, и лицо его отражает приятные воспоминания.

АЛЁНА (неожиданно смахнув с лица блаженную улыбку).

Отравлю.

ДОБРОРАДОВ (отдёргивает руку). Что? Прости, я не понял – что?

АЛЁНА. Говорю, отравлю, если обидишь мою девочку хоть разочек. Знай, что только от неё теперь зависит, сколько ты ещё проживёшь.

Она выразительно показывает ему свой крохотный кулачок.

ДОБРОРАДОВ. Условие принимается. Пойдём-ка на воздух, пока Ларенька собирается: что-то здесь слишком душно.

Они уходят.

Картина 3-я.

Комната в общежитии, где жила Иллария.