Черный человек

 – Но умерла сама заказчица. Возможно, даже естественной смертью. И сделка закрылась. Девица позже сошла с ума и отбыла в монастырь, где позже угасла от чахотки.

– Вот она! Хрупкая женская психика, – оценил Ян. – Надо быть полной дурой, получив все, так сдаться. Но… Если рассматривать эту историю в другом ключе… Демон, это просто киллер. А если жертва, кто должна стать второй, самая болезненная расплата, самый дорогой для заказчика человек, если она перезаключает контракт? Если дальше демон убивал по ее приказу?

– Что касается контракта, его не расторгнуть и не переиграть, – возразил Давид.

 – А вот то, что одна из жертв могла называть следующих… это вполне может быть. Подумай и о том, что убивали не для того, чтобы заполучить любимую обратно или отбить у кого-то, убивали просто ради нее. Так почему бы ей и не стать той, кто рекомендует следующих претендентов?

– Это только догадка, – напомнил Ян. – Или некое напоминание, что сценарий этой игры просто непредсказуем. Но это тоже надо учитывать.

Я спрошу тебя еще кое о чем… В первый известный нам раз жертв было только две. Тут все четыре. Насколько возможно, что даже в эти неудачные разы, когда демон все же не получил полной свободы, он становится сильнее?

– Возможно на процентов 90, я считаю, – серьезно ответил его коллега.

– И самый важный вопрос, – молодой человек чуть улыбнулся. – Как можно закрыть сделку без фатальных последствий для себя?

– Точный рецепт пока мне не известен, – не стал скрывать Давид.

 – Но кое-что уже есть. Вернемся к демонологии. Гулы не христианские демоны. Их банальным приемом, широко известным по американскому кино, не возьмешь. Самопожертвование тут вообще не метод. Напомню, они сожрут любую предложенную душу. На Востоке многое решает воля. А потому я уже серьезно говорю тебе, что приеду к финалу сам.

– С твоей точки зрения, у меня проблемы с силой воли? – и снова на лице Яна появилось это почти детское удивление, на этот раз хорошо перемешанное с возмущением.

– Конечно, нет, – несколько устало отреагировал его начальник. – Дело в другом. Воля в данном контексте равносильна желанию. И в этом загвоздка, Ян. Надо желать, искренне, всей душой, защитить одну из жертв.

– Только одну? – ответ молодому человеку не понравился от слова «совсем». – Это как-то надо выбрать? А на остальных откровенно наплевать?

– Снова нет, – Давид был сейчас очень серьезен и даже строг. – Понятно, что надо стараться спасти всех.