Не плачь и посмотри вокруг

Вот ведь чудо какое: рождается у тебя дитя, ты любишь его будто маленькую частицу тебя самого. А потом, внезапно, сам не заметишь, как и когда это произошло, рядом с тобой стоит взрослый человек, который уже не часть тебя, а самостоятельное и отдельное существо. И четкой границы между твоим малышом и этим парнем нет. Ибо этот парень – тоже твой сын. Ох уж это время…

– Ты уже взрослый, – успокаивал отец. – Ты знаешь, как себя вести.

Глеб знал – нужно жить в тишине. Так говорил отец. Дышать этой тишиной: «Господи» на вдохе, «Помилуй» на выдохе.

Нужно жить в тишине, потому что только в тишине можно услышать Бога.

Но как её сохранять, эту тишину, когда даже Артамошкин поступил! И с таким высоким баллом, что Глебушка не рассказал об этом отцу – стыдно было за свои скромные результаты. А ведь Артамошкин совсем плохо готовился, в церкви бывал редко, да и сам не знал, хочет ли стать священником.

А Глеб хотел. Но теперь будто между ним и великим будущим, которое заканчивается там, за концом жизни, там, где Великий Господь ожидает его с умноженными талантами, между ним и Богом, будто кто-то гигантский поставил препятствием ладонь.

Так ставят руку на столешницу, по которой бежит муравей. И Этот Кто-то – Сам Господь. И кто скажет – обходить ли руку Божью, взирая на неё как на препятствие, или со смирением отойти? Тот, который в притче о талантах отошёл со своей единственной монетой, вернул то, что дали, и был наказан. Но видеть руку Божью и как праотец Иаков сражаться с нею Глеб не желал, и такого смирения не понимал, и самого этого места в Священной истории тоже не понимал. Может быть, это самое сложное место в Ветхом Завете.

– Где же Господь, а где я? – растянуто и задумчиво проговорил Глеб и, обратившись уже к отцу, добавил: – Как понять, какое препятствие Господне, а какое нет?

– Просто, – ответил батюшка и снова уселся на скамью, увлекши с собой и сына. – Все препятствия Господни. Всё Божье в мире Божьем, кроме греха. И, коли ко греху склоняешься, то и вздыбливается мир стеной вокруг тебя.

Препятствие – это следствие греха. В Раю не было препятствий, а без Рая появились.

– И что же делать? – Глеб нуждался в простых и прямых ответах. – Преодолевать их или смиряться?

– А как захочешь, – батюшка прямых ответов не давал, а только улыбался с видом человека, у которого всё хорошо, и у которого сын не получил внезапного удара судьбы. – Если истинно смиришься – Господь устроит твой путь. А если пойдёшь сквозь стену, то и тут Господь поможет.