Формула убийственной удачи

Девушка присела на корточки и стала изучать вдруг пропавшую ступеньку. Ну, да. Это просто плита. Которая почему-то опустилась. Почти сровнялась с полом. Почти… Ева нахмурилась. Она еще раз начала изучать стены проема. Справа были какие-то царапины. Мелкие и частые. Вот только они явно нанесены человеческой рукой. Уж больно ровные царапины. Идут параллельно. Ровно горизонтально. И что это?

– Постойте… – казалось, за разговором дознаватель окончательно расслабился, растерял облик сурового Стража, он так увлекся приключением, что стал сам искать возможные разгадки.

 – Вот эти царапины на стене… Почему-то вспоминается детство. Мне исполнилось пять лет. Отец подарил мне первую шпагу… Она была такой длинной и тяжелой! Он тогда сказал, что я быстро до нее дорасту. Отец подвел меня к косяку двери в гостиной и замерил мне рост. Вот! Там с каждым годом появлялись такие же отметки. Ровные и горизонтальные!

– Все верно, – кивнула Ева доброжелательно. – Мама… пока была жива, так же отмечала мой рост… А та ступенька…

– Это весы! – догадался Дан.

– Именно так, – и тут она перестала улыбаться. – В этом основной неприятный момент. Я остановилась в той крипте и долго изучала все имеющиеся у меня бумаги. Это странные записи. … Расходы монастыря, закупки и… списки выбывших. Знаете, что странно. Очень часто встречалось упоминание, что настоятелем взят в ученики отрок десяти лет…И спустя пять-шесть лет, упоминалось о его смерти. А вот следующего ученика брали в день смерти предыдущего.

Это всегда, естественно, были мальчики. И так же всегда – сироты. Понимаете?

Дознаватель растерял свой радужный настрой. Он легко сопоставил факты.

– Они убивали детей? – все-таки уточнил он, хмурясь.

– Юношей, – грустно подтвердила Ева. – Эти метки и весы были для каждого нового ученика. Как я понимаю, этого мальчика держали при настоятеле на случай, если монастырь постигнет беда. Отрок тогда должен был бы вынести святыню тайным ходом. Как только он становился выше метра шестидесяти семи и тяжелее семидесяти килограмм….

Его умерщвляли. Оставить мальчика в живых, и просто сделать послушником, было нельзя. Он знал тайну. А потому…

Они помолчали, каждый по-своему сочувствуя погибшим детям.

– Дальше была лестница, – сухо и чуть устало продолжала Ева. – Простой шифр. Псалом. На латыни. Вообще, псалмов много, но почему-то все любят именно этот. «И пойду я дорогой смертной тени, да не убоюсь, ибо ты со мной».