«Хочу домой, в Царство Небесное!»

Человек обязан быть счастливым

– А вы не хотите съездить в Карелию? Там, в деревне, живет писатель, – и отец Наум называет известное имя. – Он приезжал недавно сюда, приглашал в гости. Да вам там понравится, отдохнете. У него дом большой, коровки, молочка попьете. А ты можешь два литра выпить? – улыбаясь, спрашивает Батюшка мужа. – Я, когда солдатиком был, по два литра выпивал. Ну вот и хорошо, поезжайте, доедете до Петрозаводска, а там близко. Адрес у меня есть. Деньги-то на дорогу найдете?

А еще Батюшка сказал:

– Вы Матери Божией молитесь, если трудно будет, – а потом добавил: – Когда нападает страх, надо читать Часы.

Конечно, такое предложение было для нас несколько неожиданным, особенно для мужа: он привык жить по плану, у него всегда все было расписано. Я видела его юношеский дневник: перевод с немецкого – два часа, с английского – два часа, Кант, с такой-то по такую-то страницу, Гегель… И так далее, на всю неделю.

Но муж сказал:

– В конце концов, это даже интересно!

«Да, интересно, – подумала я, – только что-то тут не так: большой дом, коровки, отдохнете…» Нас Господь тогда так воспитывал, что когда я слышала слово «отдохнете», то сразу понимала, что предстоит еще одна очередная работа.

Если мы и «отдыхали», то или на раскопках в Средней Азии, в Термезе, где сорок градусов в тени, а песок у желтого озера такой раскаленный, что босиком по нему и двух метров не пройти, или в Крыму, куда я ездила в командировки.

Особенно запомнилась нам поездка в Термез. Когда мы нанимались на работу в археологическую экспедицию, я однозначно заявила: только не поваром.

– Это чтобы на двадцать человек на костре готовить? Ни за что не соглашусь! – твердила я мужу.

Муж меня, конечно, поддерживал, да и руководитель не возражал.

– Что ж, – сказал он, – можно и не поваром.

Но когда мы приехали в лагерь и пошли посмотреть на место раскопа, поднявшись на незначительную высоту… только поднялись и посмотрели (а было, надо сказать, часов пять-шесть вечера, то есть считалось, что жара уже схлынула), я сказала мужу, что готова варить хоть на сто человек, только чтобы меня на раскоп не брали.

И когда мы вернулись в лагерь, я спросила:

– А где у вас костер и продукты?

Костер мне тут же показали, и еще показали какое-то мудреное приспособление, подпираемое дощечками: на нем должны были балансировать кастрюли.