Не спи! Вслед за темным даром

– Я оставлю это здесь, – поднимаясь с табурета, решил Мэлвин. – Но у нас нет времени. Я вернусь через полчаса. Все зависит только от тебя самого.

Больше не глядя на ребенка, охотник пошел к двери. Все отведенное время он ходил по двору Школы Ордена, бесцельно и бессмысленно. Он старался не думать об упрямом мальчишке, о том, что будет, если Идэн выберет свои воспоминания. Мэлвин думал о Солине, о том, что им придется пережить заново. Они смогли обмануть жрецов в прошлом. Они выжили. Но все может повториться, стоит раз допустить ошибку.

Магистр не желал зла мальчику, но если тот не примет зелье…

Когда он вернулся в назначенное время, Идэн спал. Свернулся калачиком на кровати, маленький и хрупкий. Спал крепко. По-детски подложив ладошки под голову. Магистр забрал флягу. Она была пуста.

8.

Рыцарь отогнал воспоминания. Не время сейчас и не место. Хот он знал, что так будет. И Мэлвин предупреждал его. Все-таки это родной город. Изменившийся немного, будто тоже повзрослевший.

Но не настолько, чтобы охотник снова не начал жалеть о том, что отдал тогда, попав в Орден.

Но прошлого не изменить. Все эти годы он учился подавлять свои эмоции и чувства, он на самом деле почти стал бездушным. А сейчас…

Идэн медленно пошел вдоль улицы, что с центральной площади вела к старым кварталам у самого леса. Его люди сами найдут место, где на Сида напали, сами узнают подробности. Старейшина расспросит людей. Охотники слишком выделяются в толпе, а потому многие горожане смогут рассказать, где был Сид, куда он ходил и что делал.

Командир отряда там не нужен. А до сумерек, до встречи с Гиллом еще часа два. Идэн обещал себе, что если попадет в этот город, то сделает это. Но думал, что найдет время после того, как они найдут ведьму. Получилось иначе. И потому именно теперь охотник шел в свой родной дом.

Нет, город не настолько изменился. Слишком многое осталось прежним. Особенно там, на дальних кривых улочках, у тех бедных крохотных домов.

Только деревья стали выше, да кусты постарели. Он шел, отмечая знакомые детали, вдыхая все больше знакомых запахов.

Их улица вела сквозь весь квартал. На ней стояло более двух десятков домов. Первым был тот, где раньше на самом деле жила семья Стефана. Самый богатый двор в квартале, и дом самый добротный, высокий в два этажа. За ним потянулись низкие и неказистые хатки, одноэтажные, все из серого камня, что добывался в карьере за лесом.