Знаки перемен

Но это все неважно, это не главное… Одна самая яркая мысль жгла ее: на этой свадьбе она увидит Геру. «Конечно, он будет с этой своей врачихой. Образованную отхватил! С ребенком. Ну, и ладно. Она страшна, как смертный грех. Жирная, не обхватишь. Даром, что молодая. Ну, и ладушки. Что мне за дело? Я увижу его». Ревность даже не задела Ли. Она чувствовала себя чистой и великодушной. В сущности, она такой и была.

Но Герман пришел один. С их почти взрослым сыном. Ли привела Лешеньку.

Гостей было немного. От обилия выпивки и закуски у Ли разбегались глаза.

Место, которое молодые выбрали для своей свадьбы, было необычным. Загородный дворец-усадьба. Они сняли ее целиком. По легенде булочник Филиппов полтора века назад построил его для своей любовницы цыганки. На высоком холме над рекой. Так же высоко, как была высока его любовь. Дворец, весь утремленный ввысь, имел, тем не менее, всего три этажа, правда, с высоченными потолками. Лепные карнизы, скульптуры амуров и демонов придавали дворцу совсем уж сказочный вид.

При советской власти и купец Филиппов, и цыганка (или их потомки) куда-то сгинули, уступив место спортсменам-олимпийцам, поскольку прекрасная природа и воздух были оценены по достоинству. Когда дворец перестал вмещать всех атлетов, рядом пристроили гостиницу. К ней присоединились корпус столовой, стадион, бассейн и прочие спортивные сооружения. Во дворце остался огромный, всегда пустующий банкетный зал, который, видимо, так никогда и не разбивали на комнатки-клетушки, и он остался в первозданном виде.

Вид на реку с вершины холма, когда-то столь чудесный, теперь весь был скрыт разросшейся зеленью деревьев и кустов. Лес, лес до горизонта. И мчащиеся облака. Банкетный зал имел свой, отдельный выход в сторону реки. Мраморные ступени, симметрично, полукругом, поднимающиеся к залу, поручни с лепниной… Во всем этом великолепии раньше Ли чувствовала бы себя королевой, пришедшей к вассалам на бал.

Был конец июня. Ли смотрела на зелень кустов. Цвела очень поздняя сирень. Это было столь удивительно, что Ли подумала: «Надо же, какая красота. Просто чудо».

Труднее всего ей было дождаться начала. Когда, наконец, можно будет сесть за стол и кричать «горько!». Молодые все не ехали и не ехали. Где они могут болтаться с друзьями? Ли потихоньку бросала горячие взгляды на Германа.