Часы на башне. Стихи и проза

Сказал кондуктор, что в душе – гусар,

И были так шаги его легки.

Случились тут разлады и разброд,

Война и мир, затем – девятый вал.

Но проронила ты: Ну, значит, наш черёд,

Пора самим нам взяться за штурвал.

Пробуй!

Я воевал так долго,

Что смерть устала тащить меня на своём хребте.

Она проворчала: В этом нет никакого толка,

Поскольку ничему вечному, скажем, ни одной звезде

Не приходит в голову устраивать какие-то битвы и сечи.

Человечу вас, человечу…

И, знаешь, это, конечно, классно, что стрелки на твоих курантах стоят,

Но на кой ляд ты подкручиваешь циферблат?

В общем, сел, задумался, голову обхватив…

Что же я так с житьём и бытьём строптив?

Судьба – она, конечно, та ещё проводница,

Но коль дали жизнь, так пробуй с этой жизнью ужиться.

По шажочку

Плод жизни так ярок,

Так чуден и сладок,

А жизнь – из помарок,

Сплошных опечаток.

Повсюду так зыбко —

То тени, то эхо.

Нельзя без ошибок,

Промашек, огрехов.

Но мы кособочно

Идём по шажочку,

И вот из шажочков —

Цепочка из точек.

А от многоточий —

Круги по мирам.

Кружок на кружочек —

И выстроен храм.

На бумаге рисовой

Рисовал на бумаге рисовой

Светотени лиловых ирисов,

И чабрец, и душицу с ромашками,

И дрожащего в мареве бражника.

И, почти не дыша, на папирусе

(Вдох – диастола, выдох – систола)

Рисовал я стрекозью грацию

Меж платанами и акациями.

Расцветали ирис с душицею,

Улетали на небо жар-птицами.

И ромашка взметнулась над высями,

Помахав в небе перьями-листьями.

Принакрывшись стрекозьеми чарами,

Канул бражник в закатное марево.

Я для красок возьму чабрецовый цвет,

Нарисую тебе букет.

Три дождика

Сошлись как-то три дождика

На промозглой улочке.

Промокшие ноженьки,

Отсыревшие дудочки.

Запели, заиграли,

Запрыгали по лужам —

Вот и нет печали,

Да городок разбужен.

Все открыли окна,

Глянули на брусчатку.

А там три дождика мокнут —

Ни шапочек, ни перчаток.

Не прошло и пары минут,

Набежало народу тут!

И большие, и малые,

И все дождикам припожалуют —

Кто шляпки и зонтики,

Кто плащики и ботики.

Надарили им всякого,

И ушли они в ночку —

Колокольчиком звякают,

Дудят во гудочки.

Пернатор

Наступит день —

И Верховный Пернатор Птиц покинет свой трон.

Воскликнет: Пора в глушь деревень!

И выпорхнет вон.