Чужая жизнь. Повесть

Ладо хоть и удивился, но пошёл звонить шефу, докладывать о новых хотелках пленницы. Тот взял трубку не сразу и по тону чувствовалось, что он сильно не в духе. Таня стояла рядом и слышала.

– … Она что совсем с ума сошла?

– Беременная, батоно Гедеван. – вздохнул Ладо. – Какой с нее спрос.

– Без тебя знаю.– рыкнул шеф.

Таня бросилась к трубке и заорала истерично.

– Аааа!!!! Хочу, хочу! Немедленно. Аааа!!

Трубка матюкнулась.

– Я же говорил, не нужен этот ребёнок. Совсем чокнулась.

В итоге после концерта Таня получила всё, что хотела.

И сделала вывод, Гедеван боится женских истерик. Так пусть и кушает их полной ложкой. Пусть только появится на даче.

14., Таким образом у Тани появилась учительница по английскому Тина Арчиловна. Ладо привозил её на машине из города на дачу, потом обратно. Цена уроков Таню не интересовала. Взывать о помощи не имела смысла. Старушка итак была какая-то запуганная. Видимо, с ней уже провели разъяснительную работу.

В свободное от учебы время Таня смотрела телевизор.

Из золотой клетки все, о чем сообщали выпуски новостей, выглядело на уровне неинтересного кино. Бегают, суетятся люди в полувоенных формах. Бушлат форменный, из под него джинсы. Но тем не менее это армия Госсовета.

Поддержка абхазов позволила звиадистам дойти до Сенаки. Там, на реке Техури, произошел крупный бой между сторонниками беглого президента и российскими частями. Звиадисты были разбиты и отходили, сдавая посёлок за посёлком. 8 ноября армия Госсовета вошла в Зугдиди.

Гражданская война затухала.

Уже в конце декабря отряд Гамсахурдия был окружён мхедриновцами около села Дзвели-Хибула, и 31 декабря первый президент Грузии покончил с собой.

Так закончился боевой 1993 год.

………………………….

В 1994 году наступило долгожданное затишье по всей Грузии. Ельцин приехал сюда на один день. Было решено создать и организовать охрану грузинско-турецкой границы российскими пограничниками.

15.

Танин сын Дато родился летом. Счастливый отец устроил по этому поводу в ресторане сабантуй, назвал своих старых друзей и гудели всю ночь на славу.

Тосты были соответствующие. Гости пили за то, что Гедеван хоть далеко и не юноша, но смог сделать свой последний выстрел. Тем более, что маленький Дато был папина копия, словно разрезанное на две половинки яблоко. Таня приходила в себя и её абсолютно не радовали пьяные выкрики гостей.

Жизнь покатилась своим чередом дальше. Гедеван в помощь Тане выделил ту самую уборщицу Цицино.