Тайная Стража Караса. Ловушка для Дюка

Привстал со своего места, шагнул вперед. Он наверняка обознался. Не может быть…

А женщина уже пересекла дорогу, дошла до кареты. Второй лакей проворно распахнул перед ней дверцу. И прежде чем юркнуть внутрь, она вдруг откинула капюшон и быстро окинула площадь взглядом. Будто надеялась кого-то увидеть.

Женщина посмотрела на торговые ряды, на витрины, потом повернулась туда, где стоял Дюк. Их взгляды встретились. Тоже лицо, только чуть постаревшее за годы. Те же непослушные густые длинные волосы, рассыпавшиеся по плечам, будто пучок непослушных забавных пружинок.

И те же глаза. Темные, бархатные. Удивительно теплые.

Она узнала его. Всего миг…И в ее взгляде Дюк даже с такого расстояния увидел прежнюю любовь и радость. А потом она отвернулась, нервно провела рукой по щеке, похоже, смахивая слезу, исчезла в салоне кареты.

Лакеи и кучер уже были на местах. Экипаж тронулся с места, увозя Марину прочь. Дюк стоял и смотрел ей вслед. У него шумело в ушах, плыло перед глазами. Сердце все так же бешено рвалось из груди.

Вслед за ней… Он хотел этого больше всего на свете, побежать, догнать, еще раз увидеть, и наконец-то сказать….

А еще он понимал, что нужно уходить. Нельзя. Он погубит себя и ее. Или…Или просто пришло время все закончить. Дюк невольно протянул руку к поясу, нащупал коробочку с кольцом для Алики. Сердце успокаивалось и теперь становилось больно. От ожидания потери…

Развернувшись, дознаватель подхватил свой мешок и направился к ближайшей таверне. Переступил порог, как во сне, бросил золотой на стойку, заказал кувшин медовухи.

Забрал кружку и пойло, кое-как, механически переставляя ноги, добрел до стола. Бросив мешок на стул, сам остался стоять, налил себе полную кружку и жадно выпил. Залпом. И тут же потянулся вновь за кувшином, но чья-то тяжелая рука легла сверху, мешая заново наполнить кружку.

– Не дело, командир, – твердо проговорил Тран.

Дюк смотрел на воина и будто не узнавал. Но Тран пришел не один. За его спиной стоял Жако. А еще Мэйли и Алика.

Дознаватель поймал себя на мысли, что проще было бы помереть.

Тран отодвинул кувшин дальше от командира, усадил его почти силой на стул. Дюк не сводил взгляда с воительницы. Он никогда еще не видел у нее такого выражения на лице. Странно отстраненного, какого-то чужого и холодного.

– Та женщина, Дюк, – произнесла она ровно. Слишком ровно.

– Марина, – снова назвал он это имя.

– Ты звал ее в бреду, – сказала Алика. – Тогда, после Ходячего леса.