Железнодорожный почтальон

Это небольшой деревянный дом бабушки с двумя окнами, где я жил, когда был совсем маленьким, но хорошо помню, что бабушка разрешала любимому внуку почти все, например, натаскать прямо в дом земли и сделать дорогу для игрушечной машины, потому что в тот момент на улице шел сильный дождь. Это и подарок двоюродной сестры – привезенная из командировки железная дорога (то, что я любил), а именно, красного цвета пластмассовый локомотив с двумя зелеными пассажирскими вагонами на обычных колесиках. Это и большой добротный деревянный дом моей родной тетки, где мы неизменно останавливались с матерью, приезжая в гости, с большим участком земли, сараем для домашнего скота и сеновалом, широкими воротами для въезда техники, ну и, разумеется, с небольшой домашней баней.

Одна из дверей дома выходила на улицу, и к ней было приделано деревянное крашенное коричневой краской крыльцо с массивными ступеньками и перилами, украшенными незатейливыми балясинами. Когда я приезжал в гости, уже студентом, на этом крыльце мы с племянниками частенько с разрешения тети сидели ночью у разведенного рядом костра, пекли картошку, смотрели на звезды и говорили, говорили… Мы часто ходили в смешанный лес, протянувшийся своей широкой полосой недалеко от крайних городских улиц, который отделял эту местность от настоящей сибирской тайги. В лесу мы находили уютную полянку, собирали сухие ветки и разводили костер, чтобы посидеть в природной тишине, время от времени нарушаемой лишь легким дуновением ветра, по сибирской традиции запечь любимую картошку в горячих углях. Хорошо запомнились мне и прогулки вместе с тетями и дядями, двоюродными братьями и сестрами в лес за ягодами и грибами, а особенно в глухую тайгу за сибирским чесноком – черемшой. Помню, как в теплом солнечном мае мы с приятелями делали небольшие разрезы в березовой коре и на веревочках подвешивали бутылки для сбора стекающего каплями сока, а сами шли гулять в лес, чтобы потом на обратном пути собрать «жидкий урожай». В числе ярких воспоминаний остался и тазик с огромным количеством восковых пчелиных сот, переполненных настоящим живым привезенным с пасеки медом, который мы с племянниками с удовольствием ели… Однажды в трехлетнем возрасте я даже побывал на настоящей охоте, и один из моих дядей доверил мне в руки свое настоящее охотничье ружье, чтобы я, сидя в мотоциклетной люльке, мог самостоятельно пострелять по расставленным на доске пустым консервным банкам. Разумеется, под его строгим надзором.