Океан Надежды! Книга, которая заставляет задуматься!

Вы бы не могли завтра пораньше прийти, а то нянечка заболела?

– Могу, – ответила я, не зная почему.

– А что у вас с голосом? – поинтересовалась она.

– Да так, неприятности.

– Что-то с дочерью?

– Да все сразу.

– Знаете, Катерина, зайдите завтра ко мне, поговорим.

Я положила трубку и вышла из ванной. Мама упаковывала вещи. Я налила себе чай и уставилась в одну точку, просидев так до утра. Придя на работу пораньше, я столкнулась с одним из родителей.

– Как хорошо, что я вас застал, – сказал мужчина мне, – мой Егор только и говорит о вас.

Вообще, он очень замкнутый мальчик, а с вами общий язык нашел. Мы с женой так рады, что хоть с кем-то у него получается диалог.

– Егор очень славный мальчик, просто не каждый может его понять и принять таким, какой он есть. Вот вы видите в нем инвалида. Мальчик, который родился без руки. А я вижу в нем личность, и его душевные переживания мне понятны. В свои шесть лет он рассуждает как взрослый и видит ваше смущение: когда вы с ним идете рядом, когда представляете его новым людям, вы стыдитесь.

– Да что за бред, – завозмущался папаша, а сам прятал глаза.

– Вы откупаетесь деньгами.

– Я его не бросил! – выпалил он.

– Но и не полюбили, – ответила я, – но я вас не виню. Я сама не принимаю своего ребенка.

Мы печально поглядели друг на друга и молча, пряча слезы, разошлись в разные стороны. Я поднялась к начальнице.

– Проходи, – с улыбкой сказала она мне, – присаживайся. Ну давай, рассказывай, что у тебя случилось.

– Мне некуда идти, – закончила я свой рассказ.

– Знаешь, вы ведь вполне можете пожить здесь. А что, кровати для сна есть, кухня имеется, поднакопишь и снимешь что-нибудь приличное. А сын мой на газели работает – вас сегодня вечером перевезет.

Я выдохнула: хоть на какое-то время я смогу передохнуть. Жизнь потекла ни шатко ни валко; через два месяца, поднакопив, мы опять сняли квартиру и переехали в надежде на стабильность. Время шло. Я получила второе высшее и стала у себя же в центре подрабатывать еще и детским психологом, помогая всем, кроме себя.

С деньгами стало полегче, но нехватка все равно чувствовалась. Настя ходила второй год в сад, но как ходила – больше болела, и деньги таяли на лечение и улучшенное питание. Мама постоянно лежала с ней по больницам то с аллергиями, то с пневмонией, то с кишечными отравлениями. Время шло незаметно, и ей исполнилось пять лет. Мама только и твердила: надо Настин день рождения справить, деток из садика позвать.