Океан Надежды! Книга, которая заставляет задуматься!

Я печально на нее поглядела.

– Мама, у меня туфли совсем порвались. Мне уже на работе замечания делают. У меня косметики нет. Я в свои 27 выгляжу хуже, чем женщины в сорок. Посмотри, у меня от всех этих стрессов волосы седые. Мы и так все лучшее ей. Ты вот когда в последний раз яблочко ела? А она сегодня. Так что никаких дней рождений.

– Ну давай хоть печенье купим, деток угостим.

– Печенье куплю, – резко ответила я.

Придя на работу, нас всех собрали на совещание.

– У меня для вас плохая новость, – сказала директор.

 – Нас закрывают. Так что мы все свободны.

– А зарплата? – забеспокоилась я.

– Получите там копейки за десять дней.

Я шла домой, и моя жизнь опять катилась в яму, из которой я так старалась вырваться. На полпути мне позвонила мама, и я знала, что опять мне предстоят расходы.

– Катя, – начала она, – мне сейчас из сада позвонили. Настя опять заболела: сопли и кашель. Я ее заберу, а ты лекарства купи.

Я ничего не ответила, лишь молча положила трубку, и у меня сорвало голову.

Я бежала домой, как бешеная. Влетев в квартиру, я накинулась на дочь: начала ее трясти и орать. Я кричала такие вещи, за которые меня следовало убить на месте.

– Ненавижу! – говорила я ей. – Зачем я тебя родила?! – И продолжала ее трясти, и она заплакала, и, поднимая свои голубенькие глазки, пыталась меня обнять.

– Прости! – закричала она мне. – Мамочка, любимая, прости меня, пожалуйста, что я родилась. Я тебя очень люблю! Хочешь, я могу жить на площадке, а ты с бабушкой будешь меня подкармливать, как кошечку, которая живет у нас в подъезде? Мне не надо лекарств.

Я ведь ничего не прошу. Прости, прости меня, – упала она передо мной на колени и стала целовать мне ноги.

Встала как вкопанная, и только тогда что-то щелкнуло у меня в голове.

– Ты ни в чем не виновата, – стала я ее целовать, – это я, понимаешь, я плохая.

– Нет! – кричала она мне. – У меня самая хорошая мама. Я тебя люблю. Я вырасту. Я все для вас с бабушкой сделаю, мамочка, – гладила она меня по голове, – я не обижаюсь, не обижаюсь, – повторяла она, целуя меня и гладя по волосам.

Мы проплакали так весь вечер. Я извинилась перед мамой, которую всегда обвиняла, что отца у меня не было.

– Мама, – сказала я ей, – ты ведь ни разу не показала, как тебе было сложно, а я превратила нашу жизнь в ад.

– Ничего, – ответила мне она, – главное, что ты осознала; теперь у нас все наладится.

Утром я пошла искать работу, и мне сопутствовала удача.