Даша и медведь

 – Твою мать…

Я отошла в сторонку к дереву, нервно разодрала пачку и уже вытащила блистер, как за руку меня кто-то перехватил…

– Дарья, не стоит, – спокойно заявил тот самый парень из аптеки, и я рванулась из его рук, но бесполезно. Он одной рукой сдернул сумку с плеча, второй схватил под руку. Блистер виртуозно перекочевал ему в карман куртки.

– Помогите! – заорала я. Но когда бы это имело значение? От нас скорее бросились в рассыпную, чем мне на помощь.

– Тише, Дарья, не шумите, – увещевал он спокойно.

– Все плохо! – брыкалась я. – Я на вас с Глебом Сергеевичем в суд подам! Он в курсе?!

– Это уже с ним обсудите. – И он невозмутимо брякнул сумку на газон и вытащил мобильный: – Каштанка, видишь меня? Да, жду.

– Отпустите, пожалуйста! – попыталась надавить на жалость, раз угрозы не действовали. Но меня игнорировали:

– Глеб Сергеевич, – не отнимал мобильный от уха тот, – простите, пришлось трогать руками. – Кровь похолодела в жилах. – Да, вытащил из аптеки… Хорошо.

Вот теперь, пожалуй, моя «жопа» уже не сравнится с Сашкиной. Безраздельно можно начинать жалеть только себя.

* * *

От Даши я прямиком направился к себе в квартиру под холодный душ. Но помогло не очень. На работу домчал еще более злой. Давно не видел такой концентрации кислоты на физиономиях подчиненных. Еще бы, у меня отпуск еще минимум пять дней. А особенно раздражало, что я, как всегда, по запаху мог сказать, чем каждый занимался вчера и насколько хреново чувствует себя сегодня.

Хотя по-настоящему беспокоило сейчас только одно – Даша. Она стояла перед глазами, дразнила запахом, в котором, казалось, искупался, и изматывала желанием ни о чем с ней больше не разговаривать ближайшие пару дней.

Чтобы чуть меньше беспокоиться, я приставил к ней соглядатаев, и только это давало шанс отвлечься. Ну и еще злость на тех, кто мне все это подстроил. После допроса девчонки я в этом практически не сомневался. Как и в том, что единственный банк, что согласился дать ей кредит на квартиру, передумает.

Секретарь так подскочила в приемной, что выплеснула горячий кофе себе на блузку. Я невозмутимо прошел мимо выпучившей глаза девушки, прорычав:

– Снимай блузку, дура.

– Глеб, – поднялся на мое появление взъерошенный Стас. Ассортимент кофе на столе поражал. Для коллекции не хватало, пожалуй, только секретаря из приемной в облитой блузке.