Неизъяснимая прелесть первоисточника

Читатель безусловно не забыл прелестное четверостишье, содержавшее упоминание унитаза (См. «Не для?»). Автор предисловия к сборнику поэтессы характеризует ее творчество.

Поэзия… … насквозь женственна – и этим интересна.

Стихи… …буквально переполнены мелкими, но тем не менее чарующими бытовыми деталями, которые не заметил бы ни один поэт-мужчина! Своей пленительной витальностью ее поэзия напоминает только что пробившуюся из-под земли маленькую пальмочку.

Через пару абзацев критик внезапно и резко сменяет милость на гнев.

Книга… …вряд ли вызовет бурное волнение в озерце русскоязычной израильской словесности. Написана она с громадным количеством языковых огрехов и формально более всего напоминает интимный дневник склонной к рукоблудию семиклассницы.

До чего же переменчивы авторы предисловий!

А не замахнутся ли нам!

Автор заметки делится впечатлениями от просмотра постановки «Чайки».

Уйти… …с поля битвы между спорной режиссурой, вызывающей недоумение сценографией и бессмысленно громоздким чеховским текстом я не спешила.

Я осталась до конца. Со сладострастным мазохизмом мы вместе с орущими на сцене актерами и икающими от стресса зрителями два с половиной часа пробирались через словесные завалы. Которые так умел нагородить покойный Антон Палыч, велеречивый и пафосный певец бездействия. Поколения людей, способных проговорить и выслушать предложения, в которых на одно существительное приходится пять прилагательных, вполне объяснимо исчезло еще до начала Гражданской войны. Современный человек не способен воспринять длинный монолог, не несущий смысловой нагрузки, пусть даже украшенный лингвистическими воланчиками.

В одном флаконе автор щедро дарит читателям и словесные завалы, и велеречивость, и пафос, и длинный монолог, украшенный воланчиками, и безразмерное количество прилагательных. А также сладострастный мазохизм в качестве бонуса.

На рубеже тысячелетий наиболее авторитетным критиком в нашем нешироком, но многоголосом литературном озерце считался Миша Пундик.

Миша Пундик о времени и о себе.

…Негодование подступает к моему горлу, пепел сожженных рукописей стучит в сердце. Дилетантство переходит все рубежи, дилетантство захватывает русскую речь…

…Сначала понятие «русская литература» незаметно подменяется термином «русскоязычная литература», а оттуда уже рукой подать до хейфецев….