Его истинная. Наследие

– Давно работаешь на Горевича? – его тон вдруг изменился, стал жесткий и властный. Я сцепила зубы, чтобы не зашипеть уже натурально.

– Попросите у него мое досье, – процедила, слизывая горечь с губ.

– С шипения мы перешли на «Вы»? – оскалился он и медленно двинулся обходить меня по кругу.

– Может там в горах все и падают при вашем появлении на колени, но здесь вам не Швейцария!

– Что-то не заметил разницы – как там падают, так и тут.

Упивался своей властью и силой.

– Не слишком жесткая позиция для Правящего? – голос дрожал, будто от холода.

Интерес, разгоравшийся все ярче в его глазах, мне не нравился. Кошка уже подвывала, вибрация страха волнами проходилась по телу, я и правда начинала замерзать.

– Я считаю ее обоснованной, мое право, – остановился он, повернувшись спиной к городу, и посмотрел на меня в упор.

Кошка снова зашипела, и я отшатнулась.

Тигр.

Я увидела его также ясно, как и мужчину в шаге от себя. Дикий и опасный хищник, жестокий и бескомпромиссный. Как Зул вообще затащил его на переговоры?!

– Вам доставляет особое удовольствие играть передо мной бицепсами в полосочку здесь, один на один? – невозмутимо вздернула бровь.

Уголки его губ дрогнули в восхищенной улыбке:

– Не могу понять, почему, – он сделал разделяющий нас шаг и приблизился вплотную, – но да. Ты мне доставляешь удовольствие весь вечер.

В горящих золотом глазах можно было утонуть, и я тряхнула волосами, делая шаг назад:

– Однако, в воображении Вам не откажешь! Я замерзла.

Хорошо еще, ветер, гулявший по крыше не давал вдохнуть его запах. Я развернулась и пошла к лифту, молясь, чтобы он не пошел следом. Но Алекс не был всеслышащим божеством и шагнул за мной в лифт.

Створки бесшумно схлопнулись, и я прикрыла глаза, так и не повернувшись. Лифт был маленьким, на четыре персоны, и я чувствовала тигра всей кожей так, будто он вжался в меня. Волоски по телу встали дыбом от его горячего выдоха в затылок, а ноздри рефлекторно дрогнули, заполняясь запахом.

Он действительно подавлял – терпкий, сбивающий дыхание мускус, горький дягиль и пряная хвоя. Я готова была поклясться, что в его груди завибрировал приглушенный рык, и внутри меня что-то отозвалось на эту вибрацию, дрогнуло и задрожало.

Где-то в клатче затрезвонил мобильник, выводя из ступора, и я схватилась за возможность отвлечься от происходящего любой ценой!

– Алло!

– Привет, как день? – голос Глеба на том конце трубки показался светом в конце туннеля.